В апреле-мае 1944 года войсками 4-го Украинского фронта совместно с Отдельной Приморской армией и при поддержке Черноморского флота была проведена Крымская наступательная операция. Её результатами стали полный разгром 17-й армии вермахта и освобождение Крымского полуострова. Эта наступательная операция относится к числу крупнейших, осуществлённых войсками Красной армии в ходе Великой Отечественной войны. В эти весенние дни исполняется 90 лет с момента тех героических событий.
Расстрелы в Евпатории
Но сегодня стоит напомнить и о том, что вслед за армией освобождения шли «бойцы невидимого фронта». Те, кто, выражаясь современной терминологией, осуществляют зачистку ранее оккупированной территории. Сотрудники военной контрразведки Смерш, армейские следователи и прокуроры. Им надлежало выполнять сложную санитарную задачу – расследовать преступления фашистских захватчиков, предателей, изменников Родины. И добиваться справедливого возмездия за совершенные ими злодеяния.
Документы 80-летней давности, часть из которых недавно рассекречена Управлением ФСБ России по Омской области, дают четкое представление о том, как работала военная контрразведка на территории освобожденного Крыма. Вот лишь некоторые факты.
Читаем спецсообщение (от 22 мая 1944 г.) на имя начальника Управления контрразведки Смерш 4-го Украинского фронта генерал-майора Н.К. Ковальчука: «В процессе следствия по делу бывших работников отделения СД (службы безопасности, структурно входившей в систему СС. – Ред.) г. Евпатория установлено, что обвиняемые Попов С.П., Подлеснов М.Ф., Черненко Н.П., Мармелюк И.З. и Давяло В.Ф. за период службы принимали непосредственное участие в арестах, обысках, издевательствах и расстрелах советских граждан, а Попов и Подлеснов, кроме того, являлись участниками массового истребления советского народа путем отравления газами в специально оборудованных для этой цели автомашинах-душегубках. Допросом свидетелей и произведенными раскопками могил установлена чудовищная картина зверской расправы над невинными гражданами со стороны фашистов и их пособников – Поповым, Подлесновым, Черненко и др. За период оккупации города Евпатории немцами было расстреляно и умерщвлено в душегубках более 12 тысяч советских граждан – детей, женщин и стариков, массовое истребление в основном относится к периоду начала 1942 года».
Эти данные подкреплены свидетельскими показаниями. Например, очевидец чудовищных зверств Тверденко В.И. показал: «Мне как шоферу приходилось выезжать за город в район Красной Горки, где производился расстрел советских людей немцами и работниками Евпаторийского СД Поповым, Подлесновым, Обуховым и др. Когда привозили туда граждан, их высаживали из машин, раздевали донага, клали лицом вниз, а затем группами по 4–5 человек ставили к яме и расстреливали из автоматов и винтовок. Перед расстрелом люди кричали, проклинали немцев и полицейских, называя их извергами-кровопийцами, часто слышались выкрики: “Поплатитесь своей кровью за нас!” Грудные дети, находившиеся на руках матерей, расстреливались вместе с ними…». Этот же свидетель на допросе рассказывал о том, что из Симферополя в Евпаторию приезжала специальная автомашина, в которой людей уничтожали газами. В плотно закрытый кузов этой машины сажали по 20 человек, травили газами и везли на Красную Горку. Другой свидетель – Яковенко лично видел, как к противотанковому рву за городом подъезжала крытая автомашина, из которой выбрасывались в этот ров трупы замученных людей, а часть оставшихся живыми добивались из огнестрельного оружия.
А что же говорили на допросах в Смерше обвиняемые в этих жестоких убийствах? Уже упоминаемый Попов, не отрицая, что служил полицейским и начальником караула при СД, «беспрекословно выполнял все приказания и распоряжения начальников немецких карательных органов и вместе с ними лично принимал участие в истреблении партийно-советского актива, при этом 15 человек расстрелял лично». Другой каратель – Подлеснов пытался выкручиваться, утверждая, что всего лишь «дважды конвоировал арестованных на расстрел», но сам в них не участвовал. Однако его изобличили собственные подельники и свидетели, лично видевшие, как Подлеснов из винтовки расстреливал женщин, детей и стариков. Интересно, что в ходе допросов карателей и их пособников были установлены тайные агенты СД, адреса их явочных квартир. Этих агентов немедленно отыскали и арестовали. Также были оперативным путем установлены лица, служившие в полиции.
В конце этого спецсообщения, составленного в отделе контрразведки Смерш 2-й гвардейской армии, указано, что «о практической предательской деятельности лиц, проходящих по этому делу, допрошено 69 свидетелей». И еще: «Для документации зверств, чинимых немцами и их пособниками, была создана комиссия в составе восьми человек, которая в период своей работы путем раскопок и опросов местных жителей вскрыла факты чудовищных преступлений немецких карательных органов над мирными жителями Евпатории в период его оккупации. Дело следствием заканчивается, после чего будет передано военно-полевому суду для слушания открытым процессом в г. Евпатория».
Предатели из деревни
Содержание еще одного спецсообщения, направленного также на имя генерал-майора Ковальчука (в сентябре того же года он был повышен до звания генерал-лейтенанта), касается ареста предателей из деревни с необычным названием Гортен-Штадт Крымской АССР. В апреле 1944 г. контрразведчики арестовали и допросили жителей этой деревни В.А. Чернова, А.С. Шаина, С.С. Мусинова. Вот в чем они обвинялись. «Произведенным по делу расследованием установлено, что в январе 1942 г. в деревню Гортен-Штадт пришел раненый советский танкист, участник десантной группы, высадившейся в г. Евпатория. Он был обнаружен Мусиновым в стоге соломы около своего дома. Мусинов немедленно донес старосте общины, в результате чего раненый советский танкист был арестован немцами», – говорится в спецсообщении. Далее сообщается следующий факт: «В марте месяце 1942 года в дер. Гортен-Штадт прибыли офицеры гестапо для ареста и расстрела еврейского населения. Гестаповцы вызвали бригадира общины Шаина, который лично ходил по деревне с офицерами и показывал квартиры проживания семей еврейской национальности. После их ареста Шаин показал гестаповцам удобное место для расстрела, а также принимал участие в конвоировании и расстреле 17 советских граждан еврейской национальности». В мае того же, 1942 года близ деревни Гортен-Штадт «был обнаружен советский парашютист, который в результате организованной облавы был лично пойман полицейским Черновым и сдан румынским офицерам».
В спецсообщении, подготовленном также в отделе контрразведки Смерш 2-й гвардейской армии, отмечено, что предатели полностью признали свою вину. «Следствие ведется в направлении вскрытия возможной причастности поименованных арестованных к агентуре разведорганов противника, оставленной при отступлении их войск», – подчеркивается в спецсообщении. Тут стоит еще раз отметить этот важный момент, характеризующий работу нашей военной контрразведки. Арестом и допросами предателей дело не ограничивалось. Смерш работал тщательно и кропотливо, выявляя все преступные связи изменников Родины. Никто не должен был избежать наказания за свою преступную деятельность.
Образование – 4 класса
Едва ступив на землю освобождаемого в ходе наступления Крыма, военная контрразведка Красной армии приступила к поиску изменников и предателей. 21 апреля 1944 г. сотрудники Смерша 87-й гвардейской стрелковой дивизии в Ак-Мечетинском районе арестовали группу активных пособников оккупантов. В списке шесть фамилий. Нетрудно заметить, что все эти взрослые 30–40-летние люди имели за плечами всего-то 4 класса школы. Темные люди с начальным образованием. Как правило, из семей репрессированных, бывших кулаков. Однако наверняка отдавали отчет своим преступным деяниям.
Отмечается, что с приходом оккупантов они сразу же поступили на службу немцам. Помимо официальной службы, некоторые из них имели связи с СД и жандармерией, работая в качестве тайных агентов по выявлению партизан и советских активистов. Например, Андриевский В.Г. являлся так называемым шефом (вроде старосты) Ак-Мечетинского района. «При непосредственном участии Андриевского немцами отправлено в фашистское рабство более 900 человек советской молодежи. У населения района отобрано большое количество скота и продовольствия для армии противника. Работая старостой села, а с 1942-го – шефом района, он выдавал немецким карательным органам советский актив и лиц еврейской национальности. Им была выдана жандармерии 11-летняя девочка-еврейка по имени Рая, скрывавшаяся от немцев после расстрела ее родителей в Евпатории. Эта девочка также впоследствии была расстреляна», – сообщается о деяниях этого предателя. Факт выдачи девочки подтвердила свидетельница А.А. Дьяченко. А свидетельница М.Д. Филончик указала, что Андриевский передал начальнику жандармерии список из четырех евреев, скрывавшихся в селе Ак-Мечеть. Они были сразу же арестованы и расстреляны.
Подручным Андриевского являлся бывший красноармеец С.П. Павлюченко. При оккупантах этот предатель с 4-мя классами образования так усердно выслуживался перед новыми хозяевами, что был назначен начальником полиции села Ак-Мечеть. Он занимался тем же, что и его шеф, – арестами мирных жителей, выслеживал неугодных и отправлял их на расправу, участвовал в облавах и массовых убийствах. Свидетели показали, что Павлюченко арестовал двух молодых женщин по имени Шура и Лиза с грудными младенцами на руках и совместно с немцами расстрелял их.
Вся эта группа предателей с Андриевским, Павлюченко и прочими после допросов в Смерше пошла под суд. Его результат нам не известен. Но с изменниками в те суровые времена не церемонились. Наиболее активные пособники оккупантов, лично участвовавшие в убийствах советских граждан, получали высшую меру наказания. Другие коллаборанты – длительные сроки заключения.
Важно отметить и другое. Когда мы вспоминаем о Великой Отечественной войне, надо знать и вот эту, малозаметную сторону нашей Победы. И помнить о тех немногих, которым обязаны многие (именно таков смысл эпиграфа классического романа В.О. Богомолова «В августе сорок четвертого» о подвиге военных контрразведчиков).
Евгений МАКСИМОВ
