Омич прошёл на байдарке от Китая до Арктики

– Как возникла идея путешествия?

– В Омск я приехал несколько лет назад. Сам родом из Борового. Там край озер, а больших рек просто нет. Когда увидел Иртыш, у меня был шок: здесь вода движется! Я стоял на Иртышской набережной и не понимал, как вообще здесь можно купаться – нырнешь здесь, а вынырнешь где-то у Водников. А потом осознал, что Иртыш – это дорога. Настоящая магистраль, по которой ходили люди. Тогда родилась мысль: раз у дороги есть начало и конец, значит, можно пройти её всю.

– От Китая до Оби?

– Дальше, до моря. Я решил стартовать у Борана (село в Казахстане, расположенное в 20 километрах от границы с Китаем. – Авт.) и финишировать в устье Оби, у села Салемал (ЯНАО. – Авт.). Прикинул по карте – 4522 километра, или 77 ходовых дней. Весь маршрут я разбил на этапы. Первый: Боран – Омск протяженностью 1764 километра. Второй – 1782 километра: Омск – Ханты-Мансийск. Третий – Ханты-Мансийск – Салемал, 976 километров. Так, по этапам, мне было психологически легче идти, чем целым огромным маршрутом.

– Сколько вы проходили за день?

– Скорость байдарки примерно пять километров в час. По течению, если река помогает, все восемь. В день у меня выходило от 40 до 90 километров, смотря как повезёт с погодой. Греб по 12–14 часов подряд. Жил в палатке, еду варил на газовой горелке. Сушеное мясо и овощи я приготовил своими руками еще перед выходом на маршрут.

– Говорят, вы почти сразу сломали весло?

– Сделал пять гребков, и карбоновое весло, новенькое, хорошее, лопнуло пополам. Хорошо, что я взял запасное – алюминиевое, надежное и простое. С ним и прошел весь маршрут. Я многие вещи дублировал. Например, у меня было два телефона. Оба с картами-навигаторами. Так что если один намокнет или сядет, второй сразу подхватывает. Плюс три SIM-карты: две российские и одна казахстанская. Потому что связь по пути пропадает, и никогда не знаешь, какая именно симка оживёт в нужный момент. Но самое главное – спутниковый трекер. Это вообще основа безопасности. Он работает везде, в любой точке, и если что, всегда можно отправить SOS. А я каждый день через него скидывал координаты родным, чтобы знали, где я нахожусь.

– Ориентировались по навигатору?

– Я заранее отметил на карте все населённые пункты, даже самые маленькие. Даже если там всего один дом стоит, всё равно ставил метку. Если что-то случится, я должен знать, куда мне грести и в какую сторону выходить. На маршруте навигатор – это твои вторые глаза. Хотя бывает, что он сходит с ума.

– Расскажите подробнее.

– В Казахстане расположены Бухтарминское, Усть-Каменогорское и Шульбинское водохранилища. Были места, где берега просто не видно, как в море. Достаю навигатор, смотрю. А он мне показывает, что я стою на берегу. Прямо на суше! Хотя подо мной несколько метров воды и я в это время сижу в байдарке. Дело в том, что разлив Иртыша был настолько огромный, что карта не совпадала с реальностью.

– Погода иногда вам мешала?

– Например ветер. Когда он попутный, то хорошо, но не всегда так везет. Встречный ветер порой перебивает речное течение. Ты гребёшь вперёд, но при этом стоишь на месте, как будто байдарку кто-то схватил за корму и не отпускает. Или вообще тебя сносит назад. Природа словно смеется. Мол, нет, брат, сегодня не твой день. А ближе к северу я вообще греб в перчатках. Ветер, дождь, ледяная вода – руки немеют. Гребешь и думаешь: только бы не перевернуться! Если упадешь в воду, до берега не доплыть – замерзнешь.

– Обедали на берегу?

– Когда как. Были такие участки, где выйти на берег вообще нереально. Ты ставишь ногу и проваливаешься в грязь по колено. Поэтому иногда я вообще обедал прямо в байдарке. Или, если везло, цеплялся за какую-нибудь ветку затопленного дерева, становился на неё, просто чтобы выпрямиться и поесть нормально. Это был единственный способ хоть как-то передохнуть.

– Ночью вас не тревожили?

– Однажды вокруг острова всю ночь крутились какие-то рыбаки. Они то ли сети ставили, то ли выбрались на пикник. Из-за них я вообще не спал – мало ли что? Утром встал, доплыл до маленького песчаного островка, вытащил байдарку носом на берег и начал готовить завтрак. Параллельно перематываю весло – чтобы руки не натирало. Готовлю, что-то достаю из байдарки, поворачиваюсь, а байдарки-то нет!

– Украли?

– Сначала я даже не понял, что происходит. Не выспался же. Смотрю по сторонам – пусто. На реке – пусто. Ничего нет. Думаю, может, приснилось? Стою, верчу головой, пытаюсь осознать, что со мной происходит. И только потом, всматриваясь в горизонт, замечаю далеко-далеко маленькую палочку на воде. Понимаю, что это моя байдарка. Её просто унесло течением. А у меня началась настоящая гонка на выживание.

– Пустились в погоню?

– Я бросил всё, что осталось на острове, и рванул за байдаркой. То плыву, то бегу по берегу, то опять переплываю на следующий остров, потом снова по острову бегу, снова в воду. Это длилось очень долго. Паника жуткая. Ты понимаешь, что если не догонишь байдарку, то экспедиции кранты. А потом ещё и пешком выбираться бог знает откуда. По счастью, догнал.

– Медведей не видели?

– Повезло, не встречался. Зато однажды поставил палатку на лосиной тропе. Они ходили вокруг, наблюдали. Просто стоят и смотрят. Мне стало не по себе. Я быстренько всё собрал и ушёл ночевать в другое место. А косулю я встретил в воде. Иду на байдарке, а она проплывает передо мной, как пешеход переходит через дорогу. Так быстро плывет, будто на тренировке, и на меня вообще ноль внимания.

– Как менялась природа во время маршрута?

– В Казахстане Иртыш идёт среди гор. Для меня это было открытием. Я в Омске привык, что Иртыш – это степная река. А там справа горы и слева горы. Не понимаешь, как это может быть тот же Иртыш. Зато вода прозрачная, дно видно на пару метров. Я даже брал из реки для питья.

– Потом начинаются водохранилища?

– Там разливы такие огромные, что можно идти целый день и не увидеть берег. Где-то высохшие деревья торчат из-под воды, где-то, наоборот, песчаные косы. И выйти на берег часто невозможно. Там он то каменный, то обрывистый. А после Павлодара вода начинает мутнеть. Наверное, потому, что там грунт меняется. Иртыш становится похожим на тот, что мы знаем в Омске. Появляется больше зелени, мягкий песок, нормальные пляжи.

– А ближе к северу?

– Помню, иду я вдоль берега, вижу несколько чумов. Думаю, что, наверное, фильм снимают, вот и поставили декорации. А потом оказалось, что это рыбачий поселок. Там, возле чумов, даже малыши бегают. Их на лето привезли к дедушке с бабушкой, как нас возили в деревню.

– Как вернулись в Омск?

– Из Салемала на «Метеоре» добрался до Салехарда. Оттуда на самолет и домой. Но сначала родным и друзьям отправил открытки и письма. Не электронные, настоящие. Их было больше пятидесяти. На местной почте, наверное, до сих пор меня вспоминают. А я уже выбираю маршрут для нового путешествия.