Пьесу Алексей Феофилактович написал в 1851 году, и тогда же она была опубликована в журнале «Москвитянин». Но поставить комедию на сцене не получилось – цензура отклонила ее. Увидела спектакль публика только после того, как автор решился на редактуру – изменил некоторые моменты по совету Михаила Погодина. Это произошло только спустя четыре года после публикации, в 1855-м, на сцене Александринского театра Санкт-Петербурга.
В нашей «Галёрке» над «Ипохондриком» работал режиссер Егор Витько. По его словам, искал пьесу попроще, без заморочек, такую, чтоб легко легла на сцену. В итоге «Ипохондрик» раскрылся в его руках ярко, смешно и одновременно грустно.
НАШИ ЛЮДИ
Герои Писемского выходят на сцену, и зритель замирает: это же наши люди! Узнаваемы до боли, до смеха, до внезапного понимания, что сущность человеческая с тех пор почти не изменилась. Их проблемы – инфантильные мужья, властные тетушки, охота за наследством, вечная ипохондрия – с поразительной легкостью проецируются на сегодняшний день.
И в этом главное открытие спектакля. Классик XIX века вдруг оказывается нашим современником. Ироничным, печальным и удивительно точным.
ДО НИТКИ
На сцене разворачивается история в духе русских комедий, напоминая своим антуражем наших классиков – Пушкина, Грибоедова, Гоголя. Зритель становится свидетелем проявления знакомых из литературы характеров: деспотичная помещица, некий Обломов, госпожа Простакова. На сцене закручивается дележ имущества при живом ипохондрике – Николае Михайлыче Дурнопечине. Непрошеные гости, прослышав о его недомогании, спешат к герою с визитом: кто-то начинает клянчить денег на свадьбу, кто-то плачет о бедности, взывая к родственным чувствам Николая. Как стервятники они окружают Дурнопечина, надеясь заполучить каждый для себя лакомый кусочек.
Страдая ипохондрией, Николай сам навьючивает на себя болезни, но не физические: его тут же подхватывает большой змеиный клубок из лести, разврата, обмана. Но в действительности сам Дурнопечин ничуть не лучше всего этого – он точно стоит своей родни, и именно таков вердикт режиссера, на наш взгляд.
ДЕЙСТВИТЕЛЬНО БОЛЕН
Главный герой – мужчина, чья слабость становится его единственной и неизменной сущностью. Он не способен сказать «нет» никому: ни собственному крепостному, ни властной старухе-тетушке, ни её сыну, ни женщине, которую когда-то любил. Он уклоняется от любого боя, не принимает вызовов.
На протяжении всего спектакля, словно растворенный в вязких, тяжелых зеленых тонах собственного интерьера и костюма, он мечется: бежит, прячется, торопится. Но в этом беге нет цели – только отчаяние. Он так и не одерживает победы, не разбивает змеиный клубок алчных родственников, не меняет своей участи.
Его ипохондрия не обманула – он действительно болен. Но не телом, а душой. Лень, накопительство, душевная нечувствительность и трусость – вот истинные пороки, разъедающие его изнутри.
В минуту отчаяния, осознав, что противостоять хищной ораве родни у него нет ни сил, ни морального стержня, он обращается за помощью к тетушке – Соломониде Платоновне. И этот призыв становится квинтэссенцией инфантилизма. Он даже подписывается уменьшительно-ласкательно: «от Коленьки».
Финал лишь закрепляет диагноз. Комедия завершается приговором из уст той самой тетушки, чьи слова утверждают всю глубину падения героя:
«Этакие нынче мужчины стали, ей-богу! И на мужчин-то не похожи!.. Прежде баб, женщин даже этаких не было: мозглые какие-то!.. хилые!.. трусы!.. дрожжовики!.. Тьфу!»
ОПЫТНЫЙ МАСТЕР
Ипохондрию души мастерски изобразил актер, который только начинает свою историю на омской сцене. 44-летний Андрей Полещиков, принятый в труппу «Галёрки» после переезда из Кемерова, уже успел зарекомендовать себя как опытный мастер. Художественный руководитель театра Владимир Витько не скрывает: в новом сезоне ставка сделана в том числе и на него – артиста зрелого, фактурного, способного держать сцену.
Но не одним исполнителем главной роли жива эта постановка. Отдельного слова заслуживает сценография Светланы Пузыревой. Художница создала пространство очень близкое к тому помещению, которое встречает нас в самой пьесе: лишних деталей нет, только то, что нам еще раз подсказывает о характерах героев.
ЯЗЫК И ПЛАСТИКА
Язык Писемского выдержан в юморе, говоре, разных интонациях – здесь все сохранилось как должно. Но не только речь удивительна тем, что отточена до мельчайшего сходства. Движения героев дополняют каждую сцену максимальной комичностью. Особенно стоит отметить хореографию Василия Анохина, который сыграл Ванечку. Он на сцене словно змея – вьется, душит, а потом превращается в мышь. Эта перемена особенно видна в сцене, где встречаются Ванечка Белогривов (Василий Анохин) и Михайло Иванович Канорич (Денис Артеев). Контраст фактур работает безотказно: субтильный, почти невесомый Ванечка и внушительный, грузный Канорич.
В актерском ансамбле – целая россыпь имен: Валентина Лебедева, номинант «Золотой маски», Михаил Гладков, Екатерина Орлова, Валентина Кривцова, Никита Кирьянов, Матвей Яицкий.
Зритель Данил поделился с нами впечатлениями после просмотра:
– Пьеса показалась забавной, местами даже действительно смешной. Актеры играли роли, которые можно назвать функциональными: родственники в ожидании наследства, силач, который любит махать кулаками, корыстная женщина, плутоватый молодой человек, думающий только об удовольствиях и деньгах. Всё это было подано живо, иногда даже чересчур экспрессивно. К шуткам вопрос: некоторые из них повторялись по нескольку раз, и от этого смешнее не становилось, особенно когда изначально они были плосковаты. А вот общий антураж порадовал. Интересный момент: пару месяцев назад я смотрел другой спектакль в «Галёрке», и во время «Ипохондрика» поймал себя на мысли, что действие происходит будто бы в той же реальности, но спустя несколько лет. Такое ощущение общей вселенной.
Костюмы очень выразительные, они точно дополняют типажи героев и работают на образ. В целом получилась добродушная и довольно простая история. Без надрыва, и даже со своим очарованием.
12+
Фото: Сергей Сапоцкий
