Руководитель франчайзинговой компании сети автосервисов REAKTOR, член правления Союза Автосервисов, президент Омского областного союза предпринимателей, инженер, профессор, доктор РАЕН, кандидат философских наук и поэт Илья Николин – о том, как честность стала главным двигателем его бизнеса.
– Илья Владимирович, «Реактор» – компания легендарная. Её знают даже те, у кого нет авто. Все помнят тот самый джингл по радио. Расскажите, как бизнес зарождался 22 года назад?
– Есть хорошая фраза: «Мы все родом из детства». То, чему мы научились в юности, потом выталкивает нас в ту деятельность, где мы чувствуем себя профессионалами. Поэтому можно сказать, что для меня всё началось c 1986 года, когда я поступил в СибАДИ. Предпринимателем я стал в 1992 году, за год до окончания вуза. К сожалению, это случилось в связи с развалом экономики СССР. Первая моя деятельность как раз была связана с восстановлением хозяйственных связей. Шли бартерные сделки: железобетонному заводу нужна арматура, а сталеварам – деньги, которых нет. Предприятия есть, продукция есть, а денег нет. Идиотизм, устроенный сознательно. Мы сращивали эти связи через четыре-пять итераций, пока на выходе не появлялись живые деньги. Мне верили, потому что я честно исполнял обещания.
– Но потом вы отошли от посредничества?
– Да, и встал выбор: чем заняться дальше? Тут сработал багаж знаний об устройстве автомобиля, полученный в вузе. Сначала я продавал запчасти, но понял: владельцу авто, далёкому от инженерии, нужен не ящик деталей, а исправная машина. Тогда я договорился с двумя сервисами, куда отправлял клиентов на установку. В те годы импортные автомобили уже пошли, а ремонтировать их было нечем. Мы приспосабливали российские амортизаторы, например, питерской компании «Плаза», к иномаркам – конструктивно рассчитывали геометрию, вес. Потом доросли до прямых контрактов с японской Kayaba. А затем бизнес перерос во франшизу.
– Почему именно франчайзинг?
– Потому что энергия предпринимателя, который хочет оказать услугу, гораздо сильнее энергии наёмного сотрудника. Весь мир – это энергия желания, замысла, намерения. Помните притчу про трёх работников в поле? Один говорит: «Камни ворочаю», второй: «Деньги зарабатываю», третий: «Я строю дорогу к храму». У одного – каторга, у другого – калым, у третьего – духовный подвиг. Всё внутри человека. Когда мы договариваемся о партнёрстве, для меня важно мировоззренческое совпадение. У нас лозунг: «Работаем честно» – с клиентом, с коллегами и с самими собой.
– Вы ещё и кандидат философских наук. Как инженерия уживается с философией?
– Мой отец, доктор технических наук, академик транспорта, 25 лет преподавал в СибАДИ. Старший брат – доктор философских наук. Мы много дискутировали, и в итоге нашлась диссертабельная тема, по силам инженеру по ремонту автомобилей. Поверьте, у меня тряслись ноги перед комиссией из тринадцати докторов и кандидатов философии. Но сейчас я и с бухгалтерами говорю на их языке, с механиками – на их, благодаря вузу, а философия помогает понимать, что происходит в мире.
– Расскажите, как сейчас обстоят дела с кадрами? Вы как-то вкладываетесь в их развитие?
– Через наше предприятие ежегодно проходит до 500 студентов – автотранспортный колледж, колледж профессиональных технологий, СибАДИ, аграрный, технический университеты. Мы отремонтировали аудиторию в ОмГАУ, поставили оборудование, тестовые автомобили. Но я настоял, чтобы преподаватели пришли к нам на практику. Они неделю «жили» в процессе обслуживания клиентов. И самый ценный отзыв был такой: «Мы пошли переписывать учебные программы». Огромный пробел в образовании – люди не умеют передавать информацию, не владеют активным слушанием. Ведь 99% клиентов не знают, что такое трансмиссия или редуктор. У меня в голове – картинка двигателя в разрезе, а у них – нет. Наша задача – объяснить пользу без терминов, причинить добро, но на понятном языке.
– Не могу не спросить вас как профессионала, ваше мнение о китайском автопроме?
– Я доволен китайцами. Но надо смотреть «родословную» приобретаемого автомобиля, они мало что изобрели сами, но купили всё: например, Geely купила Volvo. Двигатель и коробка у Geely Tugella – от Volvo XC90. Расходники европейских производителей подходят идеально. Бывало, что у первых китайцев двигатель был от Toyota, коробка от Mitsubishi, и сцепление японское подходило «как родное». Но есть нюанс: китайские машины, завезённые параллельно, часто имеют софт, который не может быть переведен для России. Блок нельзя перепрошить на русский язык, и он может превратиться в «кирпич». Мы, члены правления Союза Автосервисов, постоянно говорим с правительством: техническая информация по всем машинам, продаваемым в РФ, должна быть доступна не только дилерам, но и всему ремонтному сообществу.
– А как обстоят дела с надёжностью запчастей из КНР?
– 90% того, что мы потребляем, произведено в Китае. И китайцы молодцы – уровень качества растет год от года. Но нужен навык выбора: есть заводы разного уровня. У нас есть опыт в этой сфере, и мы уже знаем с кем работать, где качество соответствует нашим высоким запросам.
– Илья Владимирович, вы часто озвучиваете существующие проблемы с системой маркировки «Честный знак».
– Процедура нанесения кодов, интеграция с учётными системами, обучение персонала –
всё это требует времени и ресурсов. Особенно сложно работать с импортом: иногда приходится наносить марки вручную, что увеличивает время приёмки и риски ошибок. Если на одной баночке из партии стёрся код – придётся отсканировать всю партию, чтобы выявить нечитаемую маркировку. Время передачи информации через систему «Честный знак» от 30-ти минут и до 4-х часов, что исключает режим реального времени и консигнацию. Приёмка маркированного товара требует дополнительных площадей и рук, а сколько ручного труда и дополнительных операций. Пример из реальной жизни: оптовая компания отправила груз, а система не успела обработать информацию. Груз пришёл, а принять его невозможно – в «Честном знаке» данных ещё нет, теряем производительность, время и, в принципе, продать невозможно, и клиент, и мы вынуждены ждать, заниматься большой пустой работой, которая удорожает стоимость на десятки процентов стоимости.
– Вы президент Омского областного союза предпринимателей. Зачем туда идти бизнесу? И получается ли вести тот самый необходимый диалог с властью?
– Если ты хочешь изменить мир к лучшему, а лично у меня никогда не было потребительской позиции, то союз – это инструмент взаимодействия с властью. Я вижу несовершенство законодательства, вижу сложности, с которыми сталкиваются предприниматели, например, в сфере налогообложения. И союз нужен в первую очередь для того, чтобы поднять эти проблемы на флаг. Власть – это тоже люди. Они многого не знают, они смотрят на ситуацию с другой стороны: где-то защищают интересы потребителей, где-то – государства.
Одному страшно. Один в поле не воин. Когда ты выходишь один и начинаешь говорить что-то против – ты навлекаешь на себя гнев. А когда это делает общественная организация – совсем другое дело. В составе союза есть компетентные юристы. Мы ищем консенсус – так, чтобы и государство развивалось, и бизнес мог жить. Сейчас это архиактуально.
– Вы являетесь наставником в программе «СкейлАп». А кто был вашим наставником?
– Самый главный мой наставник – это, конечно, отец. Пример на всю жизнь. Он и на флоте отслужил, и мог отремонтировать любой агрегат – владел сваркой, был мотористом, жестянщиком, маляром. И при этом был блестящим преподавателем: организовал научную школу, выпустил сотни учеников, кандидатов и докторов наук, защитившихся под его руководством. Я поражён до сих пор. Я умею преподавать, я когда-то умел работать руками, но совмещать это, как он, – нет. Он мог и сделать, и объяснить, и объяснить в процессе работы. Это уникальное качество.
Есть и другие люди, которыми я восхищаюсь. Например, руководитель федерации по савату и кикбоксингу, главный тренер федерации, Константин Сизов – если бы у меня, был такой тренер в юности, я был бы многократным чемпионом. Уметь преподать, объяснить и показать самому – это тоже уникально. Такие люди всегда вызывают восхищение. Те, кто действительно стремятся причинить добро.
– Илья Владимирович, знаем, что вы пишете стихи. Давайте завершим интервью одним из них?
Люди меряют время секундами…
Я же меряю ударами сердца.
Сильного, страстного,
неутомимого…
Даже когда… вам не спится,
Вас не предаст оно,
только выдаст…
Стуком в висках
и, может быть, в горле…
В самый ответственный миг
так хотелось Вам…
Стать железным
или каменным…
Сердце ударами пустит трещину
даже на самой бронзовой статуе.
