В запасниках Музея имени Врубеля 99 лет пролежала доска из искусственного мрамора, прежде чем хранитель Евгений ГРУЗДОВ решил рассказать её историю.
Во Врубелевском корпусе музея 29 июня открылась выставка одного предмета «Скальола „Святой Иероним, услышавший трубу Страшного суда“. XVII век» – часть проекта «Выбор Мелёхина». Чтобы разобраться, почему основатель музея Фёдор Мелёхин посчитал эту вещь достойной коллекции, пришлось погрузиться в мир итальянского барокко, разгадать технику скальолы и даже переспорить самого Тинторетто.
ПОЛУЗАБЫТАЯ ТЕХНИКА
Плита из искусственного мрамора с чёрно-белым изображением поступила в музей в 1927 году из Ленинградского отделения Государственного музейного фонда. В книге поступлений записали: «Доска четырехугольная в виде прямоугольника, искусственного мрамора с выгравированным рисунком св. Марка со львом. Италия. XVIII век». И отправили в фонд скульптуры. Там она и пролежала 99 лет. Никто не знал, что это на самом деле.
– С техникой я разобрался довольно быстро, – признаётся хранитель фонда скульптуры Евгений Груздов. – Это скальола – искусственный камень на основе гипса.
Слово «скальола» происходит от итальянского «scaglia» – чешуйка. Такой чешуйчатой структурой обладает минерал, похожий на лунный камень: его перемалывают в пыль, смешивают с животным клеем (из шкур зайцев и кроликов) – и получают тестообразную массу, которая застывает не за час, как обычный гипс, а гораздо дольше, до недели. В эту массу можно добавлять пигменты, шлифовать, полировать – и получается искусственный камень, который на взгляд не отличить от природного.
Техника скальолы возникла в конце XVI века на севере Италии. Её изобретатель (или, как теперь считают, переизобретатель) был одним из тех, кто понял: имитировать можно всё. Гравюру. Слоновую кость. Флорентийскую мозаику. Малахит. И делать это дешевле и быстрее, чем работать с настоящими камнями.
– Эпоха барокко требовала роскоши, – объясняет Груздов. – А на все храмы великих мастеров не хватало. И скальола оказалась очень кстати.
ПЕРЕПУТАННЫЙ СВЯТОЙ
Разобравшись с техникой, хранитель перешел к атрибуции сюжета: на скальоле изображён некий человек с крестом и камнем в руке, а рядом сидит лев. Запись в книге поступлений гласила: «Святой Марк со львом». Но Евгений Груздов заподозрил неладное:
– Да, лев – это животное святого Марка, но это лишь его эмблема, теологический символ. Марк никогда не был отшельником, и лев его не охранял, – говорит старший научный сотрудник.
А есть другой святой, для которого лев – друг, спутник, тот, кому он помог, и кто сопровождал его в испытаниях. Это Иероним – переводчик Библии на латынь, один из самых уважаемых отцов церкви. Его часто изображают в кардинальской одежде, но есть сюжет, когда он удалился от людей, кается, бьёт себя в грудь камнем. И рядом лев.
Груздов обратил внимание на ещё одну деталь: в углу доски изображен ангел с трубой.
– Это труба Страшного суда, – объясняет он. – В иконографии Иеронима есть сюжет, что святому периодически слышится эта труба на протяжении всей жизни.
В попытке найти иконографический первоисточник хранитель погрузился в десятки изображений Иеронима и рассудил: раз скальола имитирует гравюру, то, скорее всего, есть картина, с которой и сделана гравюра.
И первоисточник нашёлся: картина знаменитого венецианца Тинторетто. На живописном оригинале – Мадонна с ангелами, вдохновляющая Иеронима на перевод Библии. Но автор нашей доски упростил композицию, убрал Мадонну и вернулся к каноническому сюжету с трубой Страшного суда.
– Упростил, но не потерял смысл, – подчёркивает Груздов.
Главный вопрос проекта «Выбор Мелёхина» – почему основатель музея посчитал эту скромную доску достойной коллекции? Хранитель поясняет:
– Этот предмет содержит очень много смыслов – не искусствоведческих, с этой точки зрения работа слабая. А смыслов культурологических.
В этой скальоле – и Якопо Тинторетто, и его официальный гравёр Аугустино Карраччи, и вся эпоха барокко. Даже если основатель брал в омский музей копию третьего порядка, за ней тянутся интересные сюжеты, интересные имена, интересные смыслы. Проект «Выбор Мелёхина» пытается показать: Федор Васильевич умел работать со смыслами.
0+
