Вероника Губенко – офтальмолог, заведующая миопическим центром Клинической офтальмологической больницы имени Выходцева. Во время новогодних каникул она улетела в Анапу, чтобы спасать птиц, пострадавших от разлива мазута.
ВО ВРЕМЯ ШТОРМА
Тот вечер Вероника Губенко запомнит надолго. А началось всё с того, что она решила посмотреть новости.
– Сегодня днем сразу два танкера – «Волгонефть-212» и «Волгонефть-239» получили повреждения во время шторма в Керченском проливе, – сообщили на «Первом канале». – Произошел разлив мазута.
О страшных последствиях этой аварии тогда еще мало кто знал. Не догадывалась об этом и Вероника Губенко. Она не связала аварию с городом, куда собиралась на новогодние праздники. Вот уже несколько лет Вероника Петровна с мужем и дочерью на праздничные каникулы уезжали в Анапу. Пусть не сезон и купаться нельзя, но ведь можно прогуляться по берегу, наслаждаясь морским ветерком и пейзажами.
В этом году прогулки пришлось отменить.
ВСЁ ПОБЕРЕЖЬЕ – В МАЗУТЕ
После аварии в Черное море попало около четырех тысяч тонн мазута. Через два дня мазутные пятна дошли до Анапы. Об этом Вероника Петровна узнала из новостей.
– Мазут вынесло на десятки километров на Черноморское побережье, – рассказывал «Первый канал». – Как раз в районе города-курорта.
Их обнаружили на побережье от поселка Веселовка в Темрюкском районе до станицы Благовещенской. Пострадала сорокакилометровая полоса знаменитых песчаных пляжей Большой Анапы.
Об этом и местные жители писали в социальных сетях. Там же они выкладывали фотографии береговой полосы, залитой мазутом. Пошли разговоры об экологической катастрофе.
– Это, конечно, беда экологическая, – вынес вердикт президент во время программы «Итоги года с Владимиром Путиным». – Это совершенно очевидно.
Так же считала и Вероника Губенко. Помогать тем, кто борется с этой бедой, она начала еще в Омске.
ВСЕМ МИРОМ
Если где-то случилась беда, все поднимаются как один. Так у нас принято. Вероника Петровна, к примеру, регулярно переводила деньги на лечение больных малышей и на закупку беспилотных летательных аппаратов для бойцов, находящихся на СВО. Услышав слова президента, она решила помочь волонтерам, которые занимались ликвидацией последствий экологической катастрофы.
«Помогу, чем могу, – решила Вероника. – Сначала – деньгами».
К тому времени в Анапе уже объявили режим ЧС. Специалисты боролись с мазутом, пытаясь очистить от него берега. Им помогали местные волонтеры. Работы хватало, чего не скажешь про оборудование. И дело было не в технике.
Пары мазута – вещь ядовитая. Они вызывают слабость и головокружение, приступы удушья и атрофического ринита. Последствия могут быть самые страшные, вплоть до потери сознания и впадения в кому. Также врачи не исключают возможность летальных исходов при отравлении нефтепродуктами.
Добровольцам, работавшим в зоне экологической катастрофы, были нужны респираторы, сапоги, спецкостюмы, перчатки и прочие средства индивидуальной защиты, а их не хватало. Как и специальных мешков для сбора мазута. На помощь пришли неравнодушные люди. Такие, как Вероника Губенко. Она закупала всё, что могла, в маркетплейсах и отправляла в Анапу.
А потом и сама встала в ряды добровольцев.
ВОЛОНТЁРЫ МОРЯ
Мазут – штука тяжелая, а в смеси с песком – и подавно. Но Вероника Губенко – обычная женщина, не богатырь.
«С лопатой от меня мало толку, – решила она. – Тогда чем я могу быть полезна?»
Ответ нашла в интернете.
Уже через несколько дней после аварии неравнодушные люди создали телеграм-канал «Анапа. Волонтеры моря». Там они размещали полезную информацию для добровольцев. Владивосток, Красноярск, Новосибирск, Екатеринбург, Омск, Москва – неравнодушные люди ехали отовсюду, со всей нашей страны. Мужчины и женщины, студенты и люди за пятьдесят – они спешили на помощь, а телеграм-канал информировал, где находятся волонтерские штабы, кто может взять попутчиков до Анапы и кого набирают.
Не можешь работать лопатой? Все равно приезжай. Нужны волонтеры на раздаче питания, координаторы, операторы, водители, люди для удаленной работы с заявками – дело на побережье найдется для всех. В особой цене – ветеринары и медработники. Те, кто умеет держать в руках шприц или зонд. Их с нетерпением ждали в пунктах спасения птиц.
«Туда и отправлюсь, – подумала Вероника Петровна, когда прилетела в Анапу. – Сейчас не до отдыха – надо спасать диких птиц, пострадавших от разлива мазута».
В ДОБРЫХ РУКАХ
Чомги, бакланы, лебеди, утки-нырки – в районе Анапы зимуют около 300 тысяч водоплавающих птиц. Многие оказались в мазуте. Таких бедолаг волонтеры отлавливали и привозили в пункты спасения птиц.
В одном из них работала Вероника Петровна. Ей выдали желтый защитный костюм, резиновые перчатки и поставили на конвейер, если, конечно, так можно сказать. Оказалось, что с птицами здесь работали несколько волонтерских бригад. У каждой – своя задача.
Сперва всех пернатых направляли на первичную мойку, где они попадали в добрые руки девушек-волонтеров. Каждую птицу они обсыпали крахмалом, чтобы уменьшить липкость мазута. Затем его собирали вручную. После такой процедуры птиц отмывали в специальных ваннах с водой, куда добавляли одно популярное средство для мытья посуды.
«Так остатки мазута лучше смываются, – пояснили Веронике Губенко бывалые волонтеры. – Проверено практикой».
Те, кто работал на первичной мойке, были одеты в защитные спецкостюмы. Чтобы не отравиться парами мазута, волонтеры использовали респираторы и защитные очки. Работали с птицами только в перчатках.
Чтобы отмыть одну птицу, уходит от 10 до 30 литров воды, которую надо ещё и подогреть. Использованную, замазученную воду необходимо утилизировать. Её сливали в пластиковые канистры, а затем в специальные бочки. Этим занимался Сергей Витальевич, супруг Вероники Губенко.
На то, чтобы отмыть одну птицу, уходило до двух часов. Но это – полдела. Главное, сделать так, чтобы птицы потом не погибли от шока. Этим занималась Вероника Петровна.
ГЛАВНОЕ – СПАСТИ
В обычных условиях птицы постоянно чистят свое оперение клювом. Если перья в мазуте, они могут легко отравиться. Чтобы этого не случилось, птицам фиксировали клюв пластырем. Его снимали только после помывки. После этого птиц отправляли в больничку, как называли ее волонтеры.
Вероника Губенко – врач-офтальмолог. Неудивительно, что именно ей поручили закапывать птицам капли в глаза. А еще нужно было поить их сорбентом, чтобы впитался мазут, попавший в желудок. Препарат набирали в шприц и с помощью зонда вводили его через клюв. Кроме того, многих птиц нужно было кормить принудительно – из-за сильного шока есть сами они не могли. Руки у Вероники Петровны были исклеваны, но она не обращала на это внимания.
За день через нее проходило около тридцати пациентов. Когда птицы шли на поправку и начинали питаться самостоятельно, их отправляли в реабилитационные центры, расположенные на Ставрополье, в Сочи, Анапе и Краснодаре. Позже их выпускали на волю.
Скольким птицам тогда спасла жизнь, она не знает. Говорит, не считала, да и зачем?
– Я делала то, что должна была делать, – пояснила Вероника Губенко. – Нужно помогать тем, кто в этом нуждается.
