Третьего октября исполнилось 130 лет со дня рождения великого русского поэта Сергея Есенина. В честь юбилея и памяти поэта в Омске прошли разные мероприятия – от чтения стихотворений до выставки, где сосредоточилась, как кажется, вся жизнь поэта-хулигана, творца в «русской рубахе».
Выставка открылась в музее им. Ф.М. Достоевского. Основу ее экспозиции составила частная коллекция Ивана Андреевича Синеокова, который всю жизнь собирал материалы, связанные с творчеством и судьбой поэта.
– Он вёл огромную переписку с разными людьми: коллекционерами, последователями, художниками, которые создавали экслибрисы, – рассказывает главный хранитель музея Ольга ОВЧИННИКОВА.
Будучи офицером КГБ, Синеоков подходил к делу с военной тщательностью. Всю переписку, включая общение с сыном поэта Константином Есениным, коллекционер систематизировал и подшивал в дела.
После смерти Синеокова в 1975 году всё его собрание – около 6000 экспонатов – поступило в Омский историко-краеведческий музей, а позже его передали в литературный музей. В день рождения поэта сотрудники музея постарались отобрать самое интересное и показать посетителям.
И действительно, все здесь отражало есенинский дух и даже пугало приходящих. К примеру, одним из экспонатов оказался локон Есенина, срезанный уже посмертно. Он остался таким же золотистым, каким и был, когда еще венчал его голову: «Я готов рассказать тебе поле, эти волосы взял я у ржи, если хочешь, на палец вяжи – я нисколько не чувствую боли».
Здесь же были и фотографии, прослеживающие весь жизненный путь Есенина: от родных мест и детства до последних дней.
Особую ценность представляют снимки с автографами первой официальной жены поэта Зинаиды Райх и Августы Миклашевской.
Один из самых трогательных экспонатов – копия дарственной надписи Есенина на книге «Москва кабацкая», подаренной его возлюбленной Шаганэ Тальян: «Дорогая моя Шаганэ, ты приятна и мила мне. Сергей Есенин». На этой копии сама Шаганэ оставила автограф коллекционеру Синеокову.
Посетители также смогли увидеть и другие артефакты, например, подлинную афишу 1924 года с программой «Вечера крестьянской поэзии», посмертную маску поэта, землю с его могилы и газеты 1926 года с репортажами о похоронах.
– Это земля с могилы поэта. Урны самодельные – видите следы старого клея? Верхнюю часть, это стекло, склеивал сам Иван Андреевич. Он наполнил капсулу землёй и аккуратно запечатал, – пояснила Ольга Юрьевна.
Ещё один интересный экспонат – лапти, которые, однако, не являются мемориальными.
– Лапти выполнили по заказу самого Ивана Андреевича Синеокова, – пояснила хранитель. – Есенин, хотя и носил костюмы и цилиндр, мог появляться и в народной одежде. Поэт был национальным, самобытным, его творчество тесно связано с фольклорными образами.
На верхних полках витрины разместили миниатюрные книжечки – фотокопии прижизненных изданий, которые коллекционер специально заказывал у мастеров.
Особый раздел выставки посвятили прижизненным изданиям Есенина, однако не менее важны книги, вышедшие после смерти поэта. Они опровергают устойчивый миф о том, что его творчество оказалось под запретом.
– Бытует мнение, что после смерти Есенина перестали публиковать, – пояснил сотрудник музея. – Но перед вами книги 20-х, 30-х и даже 1940 года издания. Это доказывает, что его наследие продолжало жить и находить своего читателя.
Также в музее представили архив личной переписки Ивана Синеокова с самыми близкими людьми Сергея Есенина. В этих письмах, адресованных коллекционеру, сестра поэта Александра, его сын Константин и дочь Татьяна делятся деталями, которые нельзя найти в официальных биографиях.
– Он вёл переписку со всеми, кто был дорог поэту, пытаясь собрать малейшие крупицы памяти о нём, – поясняет хранитель коллекции.
Эта часть выставки представляет Синеокова как страстного коллекционера и исследователя, который через живой диалог с семьей поэта стремился понять самого Есенина. Особый интерес представляет история мебели, которая некогда находилась в комнате Есенина и знаменитой танцовщицы Айседоры Дункан. После отъезда Дункан из Советского Союза эти вещи выкупил их концертный администратор Илья Шнедер.
Коллекционер Иван Синеоков пытался выкупить реликвии, но судьба распорядилась иначе. Во время ремонта в коммунальной квартире соседи вынесли старинную мебель в коридор.
– Когда Илья Ильич вернулся, он обнаружил остатки банкетки на помойке, – продолжает рассказчик. – От всей мебели уцелела только боковая спинка, которую Синеокову и удалось выкупить.
Судьба остальных предметов обстановки – посуды и другой мебели – осталась неизвестной. Возникает закономерный вопрос: почему собрание, связанное с рязанским поэтом, оказалось за тысячи километров от его родных мест? Как пояснила Ольга Овчинникова, судьба коллекции сложилась неоднозначно.
– Иван Андреевич при жизни общался с сотрудниками музея в селе Константиново. Но, возможно, он не хотел расставаться со своей коллекцией, а возможно, музей в Константиново не мог принять такое большое собрание, – рассказала она.
Коллекция поступила в омский музей уже после смерти самого собирателя. Выставка работает не постоянно, а приурочена к юбилейным датам. Каждый раз музей старается показать новые предметы из обширной коллекции – например, пять лет назад впервые выставляли спинку банкетки из комнаты Есенина.
Кроме того, 3 октября в этом музее прошел вечер, посвященный памяти Сергея Есенина, на котором омичам рассказали о его интересной, яркой и трагичной жизни. В рамках мероприятия сотрудники музея показали, что дух поэта до сих пор остается в нашей культуре, и мы любим его стихотворения, которые слышим и теперь через романсы и фильмы.
