Очень умный британец Сталлоне, склад опилок, сабля для фехтования и еще много всего, что прячется за дверями квартиры актеров театра «Арлекин» Дмитрия и Натальи Войдак.
«Вечёрка» открывает серию репортажей из-за закрытых дверей. Мы будем напрашиваться в гости к известным омичам, прихватив с собой фотоаппарат, и рассказывать вам, как живут публичные люди.
В понедельник у театральных артистов выходной. Наши корреспонденты не стали упускать шанс и постучались в двери к самому молодому в Омске заслуженному артисту России — кукольнику и драматургу Дмитрию Войдаку и его супруге, актрисе и художнику Наталье Войдак.
— Здравствуйте, проходите! Но мы не знаем, что именно вам показывать… — расплылся в улыбке хозяин дома. — Смотрите всё. Вот наш зал, тут рядом с балконом у Наташи свой уголок, где она шьет игрушки.
Этот уголок: стол, кресло, полочки — подарок от семьи на день рождения. До его появления приходилось ютиться где получится, шить тряпичных кукол и пушистых зверушек, согнувшись на полу в центре комнаты.
— Гора мусора была то на диване, то на столике детском: нитки, обрезки ткани, опилки для набивки, — смеется Наталья.
«Кукольное» хобби актриса кукольного театра нашла себе весной этого года. И немалую роль тут сыграл COVID-19, переболев которым Наталья столкнулась с серьезными последствиями:
— После ковида моя нервная система расшаталась донельзя, я стала вспыльчивой. Потом подумала: надо как-то приводить себя в чувство. И стала шить этих куколок. Здесь очень много мелкой ручной работы, это сосредоточивает внимание, отвлекает от бытовых проблем и успокаивает. К тому же процесс набивки требует применения силы, и вот тут можно выплеснуть все накопившееся. Я прихожу домой, с детьми быстро-быстро делаю уроки — и сажусь шить.
— Я стал хозяюшкой из-за этого! Научился готовить, иначе вся семья бы голодала, — пожаловался Дмитрий на нелегкую долю мужа увлеченной рукодельницы.
Рядом с рабочим местом Натальи — дверь на балкон, а за нею — внушительный ящик с опилками. Теми самыми, которыми Наталья набивает своих крошечных героев.
— Откуда столько? У вас контракт с пилорамой? — удивились мы.
— Моя пилорама — столярный цех «Арлекина», — объяснила Наталья. — Когда ящик пустеет, я иду к нашему столяру: «Юра, мне нужны опилки!» И набиваю мешок. Опилки в цехе грязные, поэтому перед набивкой я их тщательно промываю и сушу. Когда есть отопление, на окне. Вот видите, эта миска — с уже промытыми опилками. Иногда для ускорения процесса сушу в духовке — тогда в квартире стоит такой запах…
— Как в бане, — вставляет комментарий десятилетняя Лада.
— Действительно, пахнет сауной. Жаль, кедр театр не покупает, — смеется хозяйка дома.
Такого богатства, как у жены, — личного уголка для творчества — у Дмитрия не оказалось. Пьесы Войдака как идут в разных театрах страны, так и создаются в разных углах квартиры. Часто местом рождения очередной драматургической истории становится кухонный стол.
— Я пишу по ночам, когда все ложатся спать, когда выключаются все телевизоры и наступает полная тишина. Наташа рано ложится, чтобы утром рано встать и успеть пошить, а я сижу допоздна, — объясняет артист. — Пишу на кухне либо у нас с Наташей в комнате. Пойдемте покажу нашу маленькую темнушечку. Вот здесь у меня маленький уголок, и когда Наташа спит, а я чувствую потребность писать, включаю эту маленькую лампочку над клавиатурой. В компьютер забиваю уже готовые тексты — сочинять могу только на бумаге.
— Кстати, всю мебель в нашей комнате: шкаф, кровать, стол — Войдак делал сам, вместе с Ладой, — вставляет Наталья. — Видите, какая кровать высокая? Это потому, что у нас там склад. Дверцы под кроватью отодвигаются, и здесь полностью хранятся два наших спектакля — «ПапаМучительная-папамУчительная сказка» и «Золотой цыпленок». Правда, они давно не играются: мы загружены в театре и совершенно нет времени на собственные проекты.
Особенно везет кочующему по квартире с ручкой драматургу, когда уезжает на спортивные соревнования старший сын Степан — тогда можно комфортно расположиться в его комнате и полностью отдаться во власть сладких мук литературного творчества.
— Люблю писать от руки в толстых ежедневниках. Рукописи всех моих пьес сохраняются, только прочитать их никто не может: мой почерк понимаю только я, — показывает Дмитрий внушительную стопку блокнотов, испещренных загогулинами, в которых иногда угадываются отдельные буквы русского алфавита.
Квартиру семьи Войдаков мы сразу окрестили «говорящей» — даже без экскурсии, проведенной хозяевами, гости легко могут догадаться, кто здесь живет и чем увлекается. В комнате 16-летнего Степана обнаружились гитара и синтезатор. А еще фехтовальная маска и сабля.
— Саблю эту ему на 16-летие подарил заслуженный артист России Власов Геннадий Викторович (зав. труппой омского «Арлекина». — Прим. ВО), — с гордостью пояснил отец кандидата в мастера спорта по фехтованию. Степан — единственный член семьи Войдаков, у которого имеется лицензия на оружие. Ее обязаны покупать все, кто занимается спортивным фехтованием: сабля хоть и спортивное, но все-таки оружие и может представлять опасность.
Мы проходим в третью комнату, и она тоже сразу рассказывает об увлечениях своей хозяйки. На полках стоят книги, на стенах — рисунки, а у окна — мольберт. Десятилетняя Лада Войдак любит рисовать и занимается танцами.
А еще у Лады есть собственный кот Афанасий — существо полумифическое, которое редкому гостю удается увидеть. Нам не удалось. Как объяснили хозяева, Афанасий предпочитает держаться подальше от чужих и прячется, едва заслышав стук в дверь.
— Афанасий у нас актер, он падает в обморок, чтобы ему дали «гурмэшку», — рассказала Наталья.
Зато второй кот, формально принадлежащий Степану роскошный британец Сильвестр Сталлоне, явился нам во всей красе. 24 ноября Силе (как панибратски зовут его хозяева) исполнится 9 лет.
— Мы купили его на «Авито», он у нас породистый. Папа — выставочный чемпион Сильвер. Так что по-настоящему у него имя Ричард Сильверович, но мы назвали в честь моего любимого актера детства Сильвестром Сталлоне. Моими кумирами в детстве были Рокки и Рэмбо, — объяснил Дмитрий.
— Силя у нас жутко умный, — добавляет Наталья. — Утром, если хочет, чтобы мы встали, сделает что угодно.
— Например, однажды была такая история, — продолжает Дмитрий. — У нас в комнате стоит принтер, который включается нажатием кнопки и начинает громко жужжать. Раннее утро, шесть часов. Включается принтер. Мы просыпаемся, видим — Сильвестр сидит на нем. Видимо, запрыгнул и случайно нажал. Мы встали, покормили его. И началось: каждый день стали в рань просыпаться от жужжания. Надоело, выдернули принтер из розетки. И вдруг на следующее утро мы слышим — Сильвестр орёт. Смотрим: сидит, долбит по кнопке лапой и возмущается, что нет жужжания. Он понял, как работает этот будильник.
И последняя достопримечательность квартиры Войдаков, о которой не лишним будет упомянуть, — большая библиотека. Книги в этой квартире находятся повсюду: так, на полках под потолком в коридоре можно обнаружить лимитированное издание Всеволода Мейерхольда и подписанную автором книгу известного фольклориста и театроведа Анны Некрыловой. Здесь же полное собрание сочинений Чехова — бабушкино наследство Дмитрия Войдака. На полках в зале — весь Шекспир в красных обложках с золотым тиснением.
— Было время, когда в Омске интересных книг было не достать. А мы учились в Питере на заочке и тащили оттуда домой книги в сумках, — вспоминает Наталья. — А Шекспира мы подарили Диме на 20-летие всей группой. Я была инициатором, говорю: «Надо Войдаку дарить Шекспира!» Мы тогда еще не были женаты. И я каким-то чудесным образом нашла у нас в Омске полное собрание сочинений. Упаковали всё в большую коробку. А чтоб веселее было вручать, обклеили коробку обнаженными девушками из «Плейбоя».
А у Дмитрия имеется собственная версия этой истории:
— Я понимаю, почему Наташа вышла за меня замуж. Чтобы ей достался весь Шекспир!
Татьяна ПОПОВА
*
