Омск, которого нет: исчезнувшие улицы, живые истории и стёртые на балу подошвы

Наслаждаясь прогулками по Любинскому проспекту, мы не задумываемся над тем, что эта улица не всегда так называлась. Поднимая взгляд к памятнику Ленина на Ленинской горке, многие даже не догадываются, что когда-то на этом месте едва не установили монумент Александру Сергеевичу Пушкину. Спеша по делам, не останавливаемся у генерал-губернаторского дворца. А раньше останавливались и прислушивались многие – потому что именно отсюда гремела музыка и здесь отплясывали юные девушки, испытывая новые туфли.

На страницы омской истории нас перенесла экскурсовод «Омскгида» Ольга АРЕФЬЕВА. На ее авторской экскурсии «Где эта улица? Где этот дом» корреспонденты «Вечернего Омска» превратились в путешественников во времени и даже в чём-то настоящих детективов. Разглядывая исторический центр, мы будто увидели, как на улицах постепенно появляются лошади, исчезают деревья, а многоэтажки сбрасывают свою броню и становятся, как и века назад, маленькими доходными домами с единственным этажом.

Начнем с самого начала. Омск встретил своего основателя Ивана Бухгольца неуютно: голая степь, продуваемая ветрами, и лишь редкие ивы никли вдоль берега Оми.

– Представляете, – рассказывает Ольга, – все деревья в Омске насажены. Исключение – берёзовая роща, что начиналась лишь с 7-й Северной.

Когда на нашу землю приезжает Иван Шпрингер, он оценивает Омск как важную стратегическую точку. Однако расположение первой крепости оказывается неудобным. Деревьев для возведения новой нет, но зато есть ссыльные, каторжные, военные и глина. И начали они производить кирпич – с 1792 года до наших дней сохранились Тобольские ворота именно благодаря открытию такого способа постройки.

Через них до сих пор традиционно прыгают все кто хочет, чтобы желание исполнилось. Главное – знать, что легенда относится именно к Тобольским воротам.

Экскурсовод начала рассказ с Ленинской горки. Сейчас там стоит памятник Ленину, а раньше находился на том месте Ильинский храм, построенный купцами.

– Как согрешат, так и принимаются за стройку, – шутит Ольга.

Сначала сделали три придела, потом купец Терехов пристраивает ещё один, затем – следующий. Сейчас от храма не осталось ничего. Часовня же, напоминающая о былом величии, возникла за одну ночь: привезли в разобранном виде и собрали, как конструктор.

До Ленина, в честь 200-летия Омска, хотели установить памятник Петру Первому, но шла Первая мировая война. В 1935-м храм снесли. В 1937-м, в сотую годовщину смерти Пушкина, площадь назвали его именем и начали закладку памятника, но в 1947 году это место занял Владимир Ильич.

Ещё многое исчезало и появлялось на омских улицах и в парках.

В 1859 году в центре Омска началось строи­тельство генерал-губернаторского дворца. Заложил его фундамент генерал-губернатор Гасфорд, но вскоре уехал в Петербург. Дело продолжил следующий, Дюгамель.

– У него дочь на выданье и жена такая модная штучка, – рассказывает экскурсовод.

Дворец расцветает под стать таким дамам. Но не только он – хозяин здания просит разбить яблоневый сад на месте, где сейчас сквер Борцов Революции. Задача не из лёгких, но садовод Яшеров справился: привёз из Красноярска саженцы сибирской яблони, которые стали пышно цвести, делая сад прекрасным.

В 1967 году здесь появляется сквер Борцов Революции. Решено, что над павшими за большевистскую идею героями должны выситься «более серьёзные деревья». Яблоневый сад вырубили, и на пустом месте вскоре зашумели хвойные. Но одну яблоньку всё же удалось сохранить: самая старая яблоня в городе и сейчас живёт – перед Краеведческим музеем. Вместе с экскурсоводом нам удалось её отыскать.

Дальше мы прошли мимо самого генерал-губернаторского дворца, из чьих окон уже не раздается звонкая музыка. Но, восстановив в уме страницы истории, мы всё же смогли мысленно оказаться в начале XX века и расслышать ещё не затихшую мелодию.

Бал начинался с входа. Раньше у входа во дворец не было двух стен, и кареты с лошадьми подъезжали так, что гости могли сразу из транспорта войти в помещение, не запачкав обувь.

Даже бабушка экскурсовода ещё успела побывать на балу у генерал-губернатора.

– Моя бабушка родилась в 1900 году и заканчивала гимназию в 1917-м. Гимназистки старших классов дважды бывали на балу у генерал-губернатора. Когда бабушка могла об этом рассказать, я была пио­нером, и мне было как-то не очень интересно, как эти буржуи жили. Казалось, что это что-то чужое. А потом уже было некого спросить, и вот теперь я жалею об этом.

А интересного было много. У женщин на балах существовал платьевый этикет и даже свой платьевый язык. Девушки, например, должны были ходить в струящихся платьях с открытыми плечами и декольте. Если девушка собиралась танцевать, её наряд всегда был чуть короче – она даже позволяла себе открыть щиколотку, что в обыденной жизни считалось неприличным. Обувь шили специально на очень тонкой кожаной подошве, чтобы было удобно танцевать. И тем сильнее стиралась подошва, чем больше девушка плясала на балу, что было признаком ее популярности среди молодых людей. После торжества дамы собирались и хвастали своей стёртой обувью.

Недалеко от дворца по улице Ленина располагаются три здания, где сейчас отель, кофейня и столовые. Это как раз пример того, как в Омске что-то не исчезало, а появлялось. Перед нами предстали три старинных дома XIX века, причём на одном из них – советская звезда. Никакой путаницы нет: просто со временем дома достраивались, оттого снизу мы видим резные красивые окна, а чем выше, тем всё прозаичнее.

Далее наш путь в поисках утерянного лежал через место, которое раньше являлось целой улицей. Называлась она Костёльной – из-за костёла, что стоял на месте ТЮЗа, – и шла параллельно проспекту Маркса. Потом стала Рабфаковской, а в 60-х улицу застроили. Теперь её помнят только дома, которые стоят к проезжей части тыльной стороной, а фасадами выходят туда, где она когда-то была. К таким относится, например, училище имени Шебалина.

Улица вывела нас к идейному центру всего Омска. Наш город – многонациональный, и в XIX веке это подтверждалось площадью трёх религий. Она располагалась на пересечении современных проспекта Карла Маркса и улицы Чкалова. С 1827 года там стояла мечеть – монументальное здание в стиле классицизма с высокими минаретами и гранёными куполами. Католический костёл, в честь которого и была названа забытая улица, построили в 1862 году по проекту архитектора Вершинина на месте нынешнего ТЮЗа. Его прихожанами были ссыльные поляки. И только православный Никольский казачий собор, заложенный в 1833 году, сохранился до наших дней.