Островок без надежды: в частном приюте под Омском собаки сидели на морозе без еды и воды, хозяйка за их комфортную жизнь получала деньги

В это время владелица передержки, по словам кураторов собак, получала за «работу» довольно крупные суммы.

Продолжаем серию материалов об аферах, которые проворачиваются на жалости людей и любви к животным. Напомним, в прошлый раз мы рассказывали о липовой заводчице, которая продавала поддельные родословные и записывала собак на участие в несуществующих выставках. В этот раз речь о платных передержках.

Из ада в другой ад

Приют «Островок надежды» стал для его обитателей настоящим необитаемым островом отчаяния. 50 собак и кошек, которых пытались спасти волонтеры, оказались заперты в полуразрушенном доме. «Приют» стоит на отшибе деревни в Любинском районе. Люди туда почти никогда не заходят. Почти неделю брошенные там подопечные выживали на лютом морозе без еды и воды. Когда волонтеры приехали их забирать, вокруг дома не было свежих человеческих следов. Их засыпало снегом, который шел за пять дней до этого.

Владелица приюта Людмила П., по словам соседей и дочери, с Нового года ушла в запой. Сначала периодами навещала подопечных, потом ситуация стала критичной. В итоге из приюта в Омск вывезли 15 собак и только две кошки. Еще двоих якобы пристроили в Называевск. Что случилось с остальными, неизвестно.

«Владельцы приюта нигде не работают»

Все это время Людмила П. получала от кураторов деньги за свою «работу». И даже скрывала смерть одной из собак, продолжая получать плату за ее содержание.

— Ей платили около 15 кураторов. За каждую собаку 1,5-3 тысячи, за кошек — немного меньше. Получались крупные суммы. Кроме этого, животные у нее содержались на условиях, что мы полностью их обеспечиваем всем необходимым — кормами и лечением, — рассказала «Вечернему Омску» волонтер Елена, спасавшая собак. — Людмила живет на пособие по инвалидности, дочь у нее тоже инвалид детства. А муж оформил уход за двумя инвалидами. Хозяйства у них нет, живут на пенсию.

На конец года, по словам куратора Елены, у Людмилы на передержке было примерно 30 собак и 20 кошек. Судьба большинства ее подопечных и до попадания в приют была драматичной. Например, туда привезли собак, вывезенных из Казахстана. Условия в «спасском» (по названию улицы, где расположен, а не по сути) отлове в Алма-Ате намного жестче. Он даже называется не приют, а ИВС — изолятор временного содержания. Только вместо рецидивистов туда помещают бездомных животных. Тех, кого в течение трех дней не забрали, приговаривают к смертной казни.

Спасенные от усыпления собаки снова под угрозой

Четыре таких чудом спасенные собаки попали в омский «Островок надежды». Вывозили их оттуда едва живыми.

— В январе меня попросили съездить к Люде и забрать собаку по имени Рыжка, — рассказывает волонтер. — То, что мы увозили оттуда, не поддается описанию. Это был просто живой скелет, обтянутый кожей. Собака крупная, идти уже практически не могла. До машины ее вдвоем волокли — за ошейник и придерживали задние ноги, чтобы не заваливалась. Собаку отправили к ветеринару. В клинике нам сказали, что с Рыжкой, в принципе, все в порядке. Просто сильное истощение из-за того, что ее длительное время не кормили. Вторая наша собака, Жуля, «резко» умерла — за 15 минут до того, как Людмила узнала, что мы к ней едем. За эту собаку куратор платила деньги, думая, что с ней все хорошо. Труп нам не отдали, причину смерти не сказали.

Приют «Островок надежды» существовал — надеемся, уже в прошлом времени — несколько лет. Первые тревожные признаки кураторы, отвозившие туда собак на передержку, заметили еще 1,5 года назад.

— Летом 2021 года мне предложили отправить наших животных на передержку в Любинский район. Выяснилось, что это полуразрушенная, неогороженная забором завалюшка. Людмила решила сделать там свой приют, — рассказывает куратор Елена. — Я лично отвозила туда трех кошек. Поначалу все было хорошо. Приехав в феврале 2022 года, мы не обнаружили следов у дома. На подъезде был слышен жуткий — не лай даже, вой. Весь двор в собачьих фекалиях. В доме печка не топлена, очень грязно. Еды, крупы никакой нет. Я с ней после этого не общалась, она мне неприятна. Но другие кураторы продолжали систематически платить.

На этой же передержке находился больной пес Джек. Его подобрали омские волонтеры, подлечили. У него была серьезная форма рака. И к Людмиле П. его, по сути, отправили на доживание. Чтобы пес ни в чем не нуждался, куратор исправно за него платила. Кроме того, волонтеры приезжали в «Островок надежды» раз в месяц, чтобы проверить, как дела у их подопечных, привезти корм и сделать фото. Но, навестив Джека в очередной раз, Елена пришла в отчаяние. У Джека снова появились огромные нарывы на морде. Он был весь простужен и едва держал голову. Его эвакуировали в приют «Джульбарс», где благодаря его владелице он прожил еще год. Людмила П. тогда объяснила, что животные в таком состоянии, потому что она два дня там не появлялась – было слишком холодно.

«Нашли труп околевшей таксы»

Еще один куратор, попросившая не называть ее имени, рассказала «Вечернему Омску», что увидела, когда две недели назад приехала спасать своих собак с платной передержки:

— Если в двух словах, ситуация безобразная. Собаки сидели на цепи без еды и воды рядом с перевернутыми будками. В сарае нашли труп околевшего таксеныша, — вспоминает наша собеседница. — Кто его ей передал, я не знаю. За две недели до того, она просила его пристроить. У нас есть скрины ее сообщений: «Это собака не деревенская, здесь таких не любят. Девочки, помогите пристроить». Собак вывозили в Омск тремя партиями. Абсолютно все истощенные. Около года назад я их видела, когда отдавали. Все были хорошенькие, толстенькие. Местные жители говорят, что она приходила кормить собак раз в два-три дня, притом что она давала им не мясо, а одни каши. И сидели на морозе без воды. Естественно, собаки будут худеть.

Волонтеры начали искать владелицу «Островка надежды». Не добившись результата, стали требовать объяснений от ее мужа. Он сначала сказал, что не знает, где благоверная. Потом — что якобы она умерла от рака горла. В полиции Любинского района о смерти Людмила П. ничего не знают. Сейчас женщина читает сообщения, которые ей массово шлют обеспокоенные кураторы. Но на связь не выходит.

— Мы планируем новую поездку в Любинский район, — говорит куратор. — Хотим посмотреть на «ожившую» Люду и попросить, чтобы она по-честному отдала кошек. И еще около десяти собак просто не досчитались. Где они и что с ними, мы не знаем. Люда ведь получала приличные деньги от кураторов. За руку я не ловила. Но я думаю, что ими она расплачивалась с долгами. С ее слов, они с мужем приобрели «десятку» за 100 тысяч и провели газ в кредит. Но отследить деньги, конечно, невозможно. Мы хотим, чтобы Людмила свою деятельность больше не продолжала. Она крайне непорядочный человек.

Сейчас волонтеры занимаются лечением и по возможности пристройством уже вызволенных из «приюта» животных. Времени и сил ни на что другое не остается. Поэтому подавать заявление в полицию о жестоком обращении с животными они пока не собираются.

Обновлено.

В редакцию «Вечернего Омска» позвонила владелица еще одного приюта — в Называевске. Она поделилась своей точкой зрения на ситуация и рассказала, что одной из первых вывезла из «Островка надежды» нескольких собак:

— Я Людмилу не оправдываю. Но несколько недель назад написала пост, что заболела, и просила забрать у нее собак. Откликнулась только я, — рассказывает женщина. — Сначала все ее бросили, а потом уже стали разводить панику. Собаки были без еды не пять, а два дня. И нет подтверждения, что такса замерзла, а не умерла по какой-то другой причине. Вот у нас в Называевске тоже нет возможности хоронить всех собак зимой. Мы храним трупы так же. Что касается худой собаки на фото, Людмила еще летом звонила куратору, говорила, что она не поправляется. Но ее не забрали. Что касается пропавших кошек. Они все за пять дней пропали? Почему кураторы не интересовались их судьбой раньше. Все кошки содержались у нее бесплатно. И от силы шестерых собак оплачивали кураторы. Сейчас мне звонит какая-т о женщина из Москвы. Пытается забрать Джесси (собака, спасенная из казахстанского отлова. — Прим. авт.). Она ее бросила и не платила за нее. Сейчас она обещает все оплатить, но я ей собаку не отдам.

***