«Смерш» на Восточной Украине

Очередные рассекреченные материалы недавно были обнародованы Управлением ФСБ России по Омской области. Они касаются следственной работы Отдела контрразведки «Смерш» 40-й общевойсковой армии. Следует заметить, что армия под этим номером знакома нам и по современной истории. В не столь отдалённые 80-е годы это войсковое соединение дислоцировалось в Афганистане и получило громкую известность. Но в данном случае речь идёт о периоде Великой Отечественной войны, в которой практически с самого начала участвовала 40-я армия.

В 1943 году эта армия с боями освобождала Восточную Украину, участвовала в битве за Днепр. Мы имеем возможность ознакомиться с докладной запиской, датированной 5 декабря 1943 года, – в ней задокументированы материалы следственной работы военных контрразведчиков за ноябрь. Сотрудники «Смерш» за столь короткий срок (только один месяц) задержали сотни лиц, которых подвергли тщательной фильтрации. Кстати, значительная часть проверенных была после проверки направлена на укомплектование воинских частей, то есть их нельзя было упрекнуть в нелояльности советской власти. Но было выявлено немало и таких, кто запятнал себя сотрудничеством с немецкими оккупантами либо воевал на стороне врага. В докладной записке Отдела контрразведки «Смерш» 40-й армии к числу характерных категорий дел, проведенных за указанный период, были отнесены: агентура противника; изменники Родины и пособники фашистов; украинские националистические формирования. На конкретных примерах посмотрим, что сумели выявить армейские следователи.

АГЕНТЫ ПРОТИВНИКА

Отдел «Смерш» сообщает, что по подозрению в связях с немецкими карательными органами был задержан, а 24 ноября 1943 г. арестован житель Киевской области Николай Даниленко, 1902 года рождения, мещанин, украинец, беспартийный, образование – низшее. Отмечено, что в 1931 году Даниленко за незаконную выдачу кожи был осужден к двум с половиной годам исправительно-трудовых работ, наказание отбыл полностью. С воинского учета был снят по состоянию здоровья, в Красной армии не служил. Следствие установило: Даниленко, проживая на оккупированной территории, работал на кожевенном заводе № 2 строгальщиком, а в мае 1943 г. немецким командованием был назначен техническим руководителем этого завода (с низшим-то образованием!). В июле на завод прибыл офицер гестапо с переводчиком и после непродолжительной беседы предложил Даниленко сотрудничать с немцами, на что новоиспеченный технический руководитель дал свое согласие. Будучи завербован, сообщается в докладной записке, Даниленко от офицера гестапо получил задание выявлять политическое настроение рабочих завода и лиц, лояльно относящихся к советской власти, а также выяснять, кто из рабочих поддерживает связь с партизанами. Гестаповец указал Николаю Даниленко все собранные им сведения опускать в специальный почтовый ящик жандармерии. Донесения следовало представлять два раза в месяц, подписывая их «Второй завод». Каким образом в сети контрразведки попался этот вражеский агент, не сообщается, скорее всего, путем оперативной разработки. Но факт его сотрудничества с гестапо был неоспорим.

Также в ноябре 1943 года наша контрразведка задержала и арестовала в Киеве бывшего командира РККА Василия Поршкова. Указано, что он родился в 1916 г., родом из Ленинградской области, русский, бывший член ВКП(б), окончил два курса педагогического техникума, на гражданке был учителем. Следствие установило, что еще в 1941-м Поршков попал в окружение, но каким-то образом избежал плена и мирно проживал в Киеве, пока до него спустя пару лет не добралось гестапо. Там его завербовали в качестве агента. Чтобы проявить себя, Поршков выдал немецким карателям бывших офицеров Красной армии, проживавших в украинской столице. Когда его задержали, Поршков пообещал уже сотрудникам «Смерш» выдать известных ему вражеских агентов, проживавших в Киеве. Такой вот слуга двух господ.

Что в дальнейшем стало с такими, как Даниленко, Поршков и другие агенты, в докладной записке не сообщается. Необходимо подчеркнуть: в ней отражены материалы первичного допроса агентов противника. Следствие по каждому из них продолжалось и нередко передавалось на рассмотрение органов контрразведки фронта, военной прокуратуры и т.д. В каждом конкретном случае наказание применялось с учетом тяжести вины.

ИЗМЕННИКИ И ПОСОБНИКИ

В этой главке фигурируют персонажи иного плана. Отделом контрразведки «Смерш» 40-й армии 26 ноября 1943 года за службу в немецкой полиции были задержаны три украинца: Семен Руцкий, Григорий Галич и Михаил Лобортас. У каждого из них за плечами несколько классов образования, по возрасту всем не было еще тридцати лет.

Тот же Руцкий в начале войны остался проживать в г. Василькове – на оккупированной противником территории. В феврале 1942 г. добровольно поступил в полицию. Спустя год за служебное рвение был назначен немецкими властями начальником кустовой полиции села Глеваха Васильковского района. В ведении кустовой полиции находилось восемь окрестных сел. Руцкий проявил себя как активный исполнитель воли оккупантов. Например, при его непосредственном участии только из одного села Глеваха на принудительные каторжные работы в Германию было угнано около сотни жителей. Для задержания уклоняющихся полицаи под руководством Руцкого проводили облавы, за малейшее неповиновение людей жестоко избивали. Сельских жителей грабили, отбирали скот, ценное имущество. Хозяева оценили заслуги Руцкого – ему было присвоено звание унтер-капрала.

Напарник и подельник Руцкого – Григорий Галич – также записался добровольцем в немецкую полицию и также сумел выслужиться. Он был назначен начальником лагеря, где содержались лица, подлежащие отправке в Германию. Галич занимался грабежом населения, избивал заключенных. Свидетель Барткицкая показала: «Жители сел Васильковского района, приезжавшие в лагерь на свидание со своими родственниками, часто останавливались у меня на квартире. Они рассказывали, что начальник лагеря брал с них взятку за то, что принял передачу, и за то, что обещал освободить из лагеря, но этого он не делал».

Таким же активным прислужником немецких фашистов являлся и Михаил Лобортас, самый молодой из этой троицы. На момент ареста ему было 20 лет, однако за плечами имелся почти двухгодичный стаж полицейской карательной службы. Он активно участвовал в облавах, арестах, застрелил при задержании партизана, за что был поощрен немецкой жандармерией.

Как сообщается в докладной записке Отдела военной контрразведки 40-й армии, следствие по делу всех троих изменников продолжается с целью максимального выявления их преступной деятельности.

А вот уроженец Житомирской области Павел Косткевич, 1911 года рождения, тоже доброволец на службе в немецкой полиции, судебный вердикт в свой адрес услышал уже спустя месяц после ареста органами «Смерш». Следствие выявило, что Косткевич принимал активное участие в арестах советских активистов, обысках у населения (изымаемое присваивал себе), в розыске партизан и отправке людей в Германию. Летом 1942 г. он арестовал жителя села Старые Петровцы, члена ВКП(б) И.П. Музыку, который был впоследствии расстрелян. За ним числятся и другие подобные факты. Косткевич был задержан 24 октября 1943 г., а уже 21 ноября военным трибуналом был осужден к 20 годам каторжных работ. Строго, но справедливо.

НАЦИОНАЛИСТЫ ИЗ ОУН*

А теперь об идейных врагах. Участники Организации украинских националистов (ОУН) являлись убежденными противниками советской власти, боровшимися против нее с первого дня оккупации немцами Украины. С их приходом ОУН активизировала свою деятельность за создание самостийного украинского государства, но немцами это не поощрялось. А вот террор против населения, жившего на оккупированной территории, убийства советских активистов и партизан очень даже приветствовались.

С приходом немцев во многих городах и районах ОУН создала свои филиалы и ячейки, проводившие свою работу по вовлечению новых участников путем агитации и распространения националистических листовок и вербовки людей в Украинскую повстанческую армию* (УПА). В ноябре 1943 г. военные контрразведчики раскрыли немало таких оуновских ячеек в Киевской области. Например, в селе Клеховка Фастовского района были арестованы местные жители Антон Кобонец и Василий Кравченко, руководившие националистической организацией. Ими были вовлечены в деятельность ОУН ряд лиц, после ареста и показаний которых, кстати говоря, Кобонец и Кравченко и были выявлены как активные националисты.

Был также выявлен и арестован Петр Онищенко, 1914 года рождения, который показал, что участником ОУН является с сентября 1941 года. Он, в частности, рассказал на допросе о порядке приема новых членов в ОУН: «Лицо, намеченное к вербовке, должно выполнить ряд поручений, и руководитель, убедившись в благонадежности лица, принимает его в члены организации. Поступающий должен принять присягу, что он клянется соблюдать строжайшую конспирацию и никому ни при каких обстоятельствах не разглашать. За разглашение подлежит физическому уничтожению». Со слов арестованного Онищенко были выявлены еще девять участников ОУН, к розыску которых был намечен план оперативно-следственных мероприятий.

Проведенная армейской контрразведкой «Смерш» в 1943 году работа – лишь начальный этап. Потому что за распространением листовок и вербовкой в свои ряды ОУН переходили к практической деятельности – террору и убийствам мирных граждан, советских военнослужащих, и это вынуждало к дальнейшему кропотливому розыску. А для окончательной ликвидации оуновского подполья на Украине потребовались годы и годы. Впрочем, это уже другая история. А вот оперативно-разыскная деятельность органов «Смерш» в годы Великой Отечественной войны заслуживает самого пристального изучения. Особенно сейчас.

Евгений МАКСИМОВ

∗ — организации признаны экстремистскими и запрещены в России

*