Музыка из воздуха

Филармония 17 сентября открыла новый сезон «магическим» концертом. Таковым он стал благодаря солисту. Вместе с симфоническим оркестром под руководством Дмитрия Васильева впервые на сцену омского Концертного зала вышел музыкант Пётр ТЕРМЕН – композитор, педагог и один из ведущих мировых исполнителей на инструменте, носящем его фамилию.

Речь идет о терменвоксе, единственном в мире бесконтактном инструменте, изобретенном Львом Терменом, прадедушкой солиста. Общение музыканта с терменвоксом – зрелище завораживающее: человек стоит над небольшой коробочкой, плавно взмахивает руками –  и музыка буквально извлекается из воздуха. Малейшее движение пальца рождает новую ноту.

– Пётр, это настоящая магия. У терменвокса нет ни грифа, ни клавиш – как музыкант ориентируется в нотах? Есть ли какая-то визуализация того, какой звук в какой точке воздуха «живет»?

– Какого-то образа нет – есть взаимодействие с пространством, совместная работа внутреннего слуха и мышечной памяти. У каждого она нарабатывается с разной скоростью, но в целом мои ученики достаточно быстро приходят к тому, чтобы играть какие-то мелодии. Любой человек без музыкального бекграунда, начав учиться игре на терменвоксе, за пару месяцев освоит простые вещи. Но, конечно, для закрепления постановки рук потребуется год-два, и вот тогда, при регулярных занятиях, уже появляется более-менее устойчивая техника.

– Для хорошей скрипки нужно особенное дерево, правильный лак и даже время изготовления. А от чего зависят акустические свойства вашего инструмента?

– От элементной базы, которая выбрана инженером. Разные терменвоксы внутри имеют разную электрическую схему, хотя общий принцип одинаков. И эти детали могут очень сильно повлиять на тембр, причем иногда неожиданно даже для самого конструктора. Терменвокс – очень восприимчивая и привередливая система.

– Получается, ведущую роль играет начинка «коробочки»?

– Да, сам корпус может быть из любого материала. Несмотря на это, терменвокс, как и другие инструменты, восприимчив к изменению влажности, температуры.

– У меня сложилось впечатление, что на терменвоксе легче играть флегматикам. Когда каждое положение тела влияет на звук, импульсивному музыканту придется нелегко.

– Для любого инструмента нужен баланс. Разная музыка требует разных интонаций и эмоций, терменвоксу тоже нужна эмоциональная отдача – другое дело, что ее в гораздо меньшей степени можно вложить в физическое движение. Тут нельзя раскачиваться, нельзя давать широкий импульс телу. Это, конечно, тренирует.

Если человек не привык спокойно стоять на месте и контролировать свое тело, ему приходится этому учиться – что, на мой взгляд, полезно даже как факультатив любому музыканту. Подходя к терменвоксу, начинаешь по-другому оценивать значение движения. На других инструментах мышечная память связана с определенными аппликатурами – руки сами играют, пальцы помнят, и человек уже не так включается в процесс.

В случае с терменвоксом память работает хуже, и доля включения музыканта, его контроля здесь гораздо больше, чем на любом другом инструменте. Можно сравнить с голосом: вокалист тоже заложник множества обстоятельств, связанных с состоянием голоса в конкретный день, с самочувствием. Баланс тела в пространстве тоже зависит от многих вещей, и с этой точки зрения терменвоксист уязвим.

– Изобретатель терменвокса, ваш прадедушка Лев Сергеевич Термен, ушел из жизни, когда вам было два года. Вряд ли вы его помните, но наверняка родители рассказывали, как проходило его общение с правнуком?

– Было бы неправильно с моей стороны какие-то воспоминания пытаться возродить, потому что это будет уже некая проекция ощущений других членов семьи. Но, по крайней мере, сам Лев Сергеевич меня видел. Как мне рассказывала мама, он всегда желал мне доброго утра, а вечером доброй ночи, потому что считал, что дети себя осознают очень рано, и говорил, что помнит, как сам себя осознавать начал еще в утробе матери.

– Бытуют ли в вашей семье какие-то легенды, истории о нем?

– Я не сказал бы, что это легенды, – все-таки мы говорим о члене семьи, отце, дедушке, прадедушке… Моя бабушка Наталья Львовна, дочь Льва Термена, рассказывала, что у него были очень сильные руки. То же самое я слышал еще от некоторых людей, с которыми он проводил занятия по терменвоксу: он водил рукой человека, и чувствовалось, что это очень сильный человек. И была такая история – когда его жена Мария садилась на стул, он мог ее одной рукой поднять вверх за ножку стула. Видимо, действительно, у Льва Сергеевича был очень хороший баланс тела.

– Пётр, насколько мне известно, ваша школа терменвокса – единственная в России? Обучаете ли вы музыкантов из других городов или только у москвичей есть шанс освоить извлечение музыки из воздуха?

– Сейчас не так много обучающих проектов, связанных с терменвоксом: это японская школа Масами Такеучи и Российская школа терменвокса – это как раз проект нашей семьи. Мы учим и онлайн, и офлайн, у нас есть ученики из других городов и даже стран – как раз недавно впервые увиделись с ученицей из Австрии, которая к началу карантина занималась у нас онлайн. Сейчас люди больше становятся расположенными к онлайн-обучению, потому что мы все вынужденно в это погрузились, и в случае с терменвоксом это неплохо работает. За счет того, что это одноголосый инструмент и довольно хорошо видны руки человека, я, глядя на него, могу сделать вывод: зажимается исполнитель или не зажимается, то движение нужно или другое. Онлайн-формат хорошо подходит под обучение игре на терменвоксе.

– А у вас, рожденного под фамилией Термен, был ли выбор, чем заниматься?

– Сложный вопрос. С какой-то точки зрения это было предопределено, но не было такой истории, чтобы я с детства занимался терменвоксом. Я смотрел скорее в область литературы, журналистики. Но терменвокс изменил ориентир. Музыка все равно окружала меня с ранних лет, я получил домашнее музыкальное образование, лет в 16 учился играть на скрипке. А к терменвоксу впервые подошел десять лет назад.

Конечно, до этого я слышал инструмент, и мама на нем играла, и бабушка Наталья Львовна – профессиональная исполнительница на терменвоксе. До пандемии мы с ней несколько концертов совместных давали в России и в Японии. Был дома терменвокс, можно было попробовать: я пробовал, у меня получалось.

В первую очередь вдохновило именно то, что получалось, – я сразу погрузился в этот процесс и в звук, в ощущение звука. И достаточно быстро удалось почувствовать, что я являюсь частью этого звука – именно то ощущение, к которому стремится любой музыкант в работе со своим инструментом. Терменвокс заставляет это почувствовать сразу. Он захватил меня полностью, и теперь вся моя деятельность с ним связана: концерты, лекции, мастер-классы, проект сайта о терменвоксе. Просветительская деятельность, популяризация терменвокса – важная часть моей жизни.

Татьяна ПОПОВА

Фото предоставлено Омской филармонией

*