Многоликая бабуля, суровая справедливость и вязаная борода: каким получился спектакль «Морозко» в Лицейском театре

К новому году театр выпустил сказку, которая будет играться круглый год. Пусть тема и обстановка зимние, но мораль вечная и круглогодичная: добро и трудолюбие награждается, каждый получит по заслугам, а терпение и труд не только всё перетрут, но и счастье найти помогут. Режиссер-постановщик Светлана Позднякова обратилась к сказке, на которой выросло не одно поколение детей, и постаралась напомнить взрослым о детстве, а детям подарить кусочек полезного (читай – воспитывающего) праздника в этнической обертке.

ЖИТЕЛИ ЛЕСА

Выбранная режиссером инсценировка Анны Богачевой отличается от литературного материала, положенного в основу всем известного фильма Александра Роу. Здесь появляются новые персонажи – подручные Бабы-яги Леший (Семен Полторанин, Маис Керимов) и Кикимора (Анна Новосёлова, Полина Мороз), которые тоже сыграют свою роль в судьбе главной героини. Во многом именно лесная нечисть в этом спектакле отвечает за юмор: у Лешего и Кикиморы не только смешные реплики, но и найденные артистами мазки, добавляющие публике веселья – вроде шепелявости Лешего, из-за которой часто раздается смех в зрительном зале. И наряды их тоже весьма нестереотипны для этих фольклорных персонажей.

Как, кстати, и у Бабы-яги в интерпретации Лицейского театра. Если вы думаете, что все знаете о Бабе-яге, вы ошибаетесь. В «Морозко» колдунья из славянской мифологии получилась дамой неопределенного возраста (но она явно варит себе омолаживающие зелья) в ультрасовременном комбинезоне а-ля Баленсиага. Ее роскошный головной убор отсылает к классическому платку Бабы-яги, завязанному узлом на лбу, а в ее личности одновременно уживаются несколько характеров. В этой роли брызжут харизмой в разных составах Юлия Сапфирова и Дарья Оклей – и чувствуется, что обе актрисы получают удовольствие от своей героини и нечасто выпадающей актеру возможности быть совершенно разным в одной роли.

ПЕСНЮ БЫ

Баба-яга в спектакле Лицейского – этакое воплощение стихии и непредсказуемости, в то время как волшебник Морозко (Николай Пушкарев, Александр Драганюк) – сама стабильность и последовательность: он и по земле ступает весомыми шагами, и стоит неколебимо, расправив широкие плечи, и говорит размеренно и ровно. Пусть говорят ему: «Суров ты, Морозко!», но маленькие зрители в зале шепчут на ухо своим родителям: «Мама, папа, не верьте, он на самом деле добрый, только притворяется».

Настенька в исполнении Екатерины Уховой (учащаяся Клуба Лицейского театра, студентка факультета культуры и искусств ОмГУ им. Ф. М. Достоевского) получилась нежной и трогательной. Сцена, когда главная героиня, отправленная мачехой (Дарья Мегдан, Юлия Сапфирова) в зимний лес за хворостом, вспоминает родную матушку, вышла очень живописной: большие глаза актрисы, устремленные в небо, точеный подбородок, в кротком жесте сложенные руки – казалось, вот-вот Настенька запоет, и в этом эпизоде песня была бы очень кстати. Однако же в спектакле нет поющих героев, что, в общем-то, нехарактерно для новогодних сказок.

Зато замечательно обыграна музыка в нескольких сценах. Интересным решением, к примеру, стал диалог в избе, когда мачеха и Марфушка (Анна Пастухова, Екатерина Захарова) заставляют старика-отца (Евгений Хохлов, Иван Пермяков) то доставать кашу из печи, то дверь открывать, то закрывать – персонажи двигаются и жестикулируют ритмично, кидая отрывистые короткие реплики в такт музыке. Получается эффект этакой заводной рождественской шкатулки с двигающимися фигурками.

НЕЛУБОЧНАЯ ИСТОРИЯ

Музыка соответствует духу спектакля: режиссер подобрала плясовые народные мелодии в фолк-обработке, в сценах с лесной нечистью музыка несколько иная: тоже с нотками фолка, но уже более мистическая. Что же касается визуальной составляющей спектакля, то за нее от и до отвечал актер и режиссер Лицейского театра Алексей Осипов, которому оказалась не чужда роль художника.

Он уже работал в качестве сценографа и художника по костюмам над собственными спектаклями «Семейные истории» и дипломным «Кабала святош», а также над спектаклем режиссера Владимира Киммельмана (тоже, кстати, бывшего лицеиста) «Дон Жуан» в нижегородском театре «Комедiя». В «Морозко» художник явно преследует как минимум две цели: с одной стороны, отразить в визуале спектакля русскую народность этой сказки, с другой – не ударяться в лубок и стереотипы. Отсюда и сочетание традиционного кроя одежды с джинсовой тканью, привычных ушанок и лоскутного шитья с вязаными шапками фантасмагоричных форм. Русский народный фарс как он есть.

«Морозко» Лицейского театра длится чуть больше часа. Это динамичная, яркая и поучительная постановка, предназначенная для семейного просмотра – благодаря нескольким смысловым слоям и разнохарактерным шуткам спектакль не дает заскучать в одинаковой степени как детям, так и взрослым.

Фото: Александр РУМЯНЦЕВ (предоставлено Лицейским театром)