«Шепиля» и нунчаки: что вспоминают ветераны МВД об омских улицах 80-х. Сравниваем с кадрами из сериала «Слово пацана»

По следам сериала

Для этих подростков не существует полутонов. Ты либо с нами, либо ты против нас – третьего не дано. Есть чушпаны, которых можно безнаказанно грабить и унижать, а есть пацаны, сплоченные в группировки.

– Подростки всегда собираются вместе. Так они чувствуют себя в безопасности, под защитой, – объясняет психотерапевт Валерий БАБИКОВ.

Как говорится, один в поле не воин, а толпою и батьку бить легче. Но если есть группировка, должна быть и цель, ради чего она существует. В сериале это охрана своей территории. Там весь город поделен на зоны влияния, которые контролируют такие вот группировки. Для пацанов все – враги, все – чужие. И горе тому, кто окажется на чужой территории. Бить будут жестоко, бить будут люто, пока не забьют до смерти.

Стычки стенка на стенку тоже не редкость, как и разборки. На них пацаны приходят не с пустыми руками. Кто-то – с кастетом, кто-то берет арматуру, а у кого-то – наган, который обязательно выстрелит.

Но пуля – это для пацанов из соседних районов. Для чушпанов же хватит и кулаков. Где поймают, там и ограбят, побьют, отобрав невеликие деньги, что мама дала на мороженое. Почувствовав силу, подростки из уличных группировок нападают даже на взрослых. Пацаны превращаются в рэкетиров, требуя дань за проезд через свою территорию. Остановить их может только милиция, но это не просто.

Вот краткое содержание сериала для тех, кто его не смотрел. Напомним, он снят про Казань.

У нас – всё иначе.

«Чикаго» и «Шепиля»

Сегодня мало кто помнит, что в Омске когда-то был Сталинский район. Один из самых больших, он появился на карте 3 марта 1935 года. В этот район входили Нефтяники. Через двадцать лет, в 1955 году, здесь насчитывалось всего двадцать благоустроенных жилых домов. Пацаны из Нефтяников заставят себя уважать, но это будет в восьмидесятых. К тому времени Сталинский район переименуют в Советский, а в Нефтяниках построят около восьмидесяти улиц и почти две с половиной тысячи домов.

А в 60-е годы тон задавали Амурские пацаны, Порт-Артуровские, Разъездовские, Луговые и Северные. Тогда же появились и Чкаловские, живущие в одноименном поселке, или «Чикаго».

– А нас называли «Шепиля», – вспоминает уже 70-е годы омич Юрий ВОТИНЦЕВ. – Мы жили около Старо-Северного кладбища.

Тогда в этом микрорайоне селились бывшие заключенные. Неудивительно, что связываться с «Шепилями» никто не хотел.

– У нас не делили мальчишек на пацанов и чушпанов, – продолжает Вотинцев. – Живешь в нашем микрорайоне – значит, ты тоже пацан и тоже из «Шепилей».

Нужно было лишь соблюдать определенные правила.

Лежачего не бьют

Пацаны не извиняются. Наверное, многие помнят эту фразу из сериала. Как и другую – о том, что слово, данное чушпану, не считается.

– Таких пацанов у нас во дворе бы не поняли, – говорит председатель «Комитета ветеранов» Николай ВАСЬКИН. – Мы свое слово держали всегда.

И в другие микрорайоны ходили. Правда, если нарвешься на местных, то те могли и поколотить. Но били не сразу. Сперва расспрашивали, кто ты, откуда и кого знаешь из местных авторитетов. Причем назвать имя-фамилию кого-то из них было еще недостаточно. Могли, к примеру, спросить, как зовут сестренку этого парня или отчество его бабушки. Если живешь в том же самом микрорайоне, то знаешь. А если нет, то ты чужак со всеми вытекающими отсюда последствиями.

– Когда ты шел с девушкой, обычно не трогали. Дождутся, пока проводишь ее, и только потом отоварят, – вспоминает Николай Алексеевич.

Но такой жести, как в сериале, не допускали. В Омске не прыгали упавшему на голову, как в этом фильме, не добивали ногами. По негласным понятиям, существовавшим тогда, лежачих вообще нельзя было трогать. Если противник упал и не может подняться, его не добивали. А тому, кто в азарте все-таки пнул, сразу же прилетало по шапке от его же товарищей.

– Дрались честно. Обычно до первой крови, – вспоминает Николай Васькин.

Стенка на стенку в Омске тоже ходили. Порой собиралось до сорока человек. Бились на кулаках. Дубинки, ножи и кастеты были запрещены. Про огнестрел и речи не шло.

Хотя кое-кто все-таки мастерил самодельные палицы, ружья и пистолеты.

От скуки на все руки

Полуметровая рукоять заканчивается металлическим шаром размером с кулак. Этой дубинкой можно уложить наземь даже средневеково рыцаря, закованного в броню. Обычная голова, не защищенная шлемом, разлетится, словно арбуз, от первого же удара. Рядом с этой дубинкой лежит еще одна, но поменьше. Тут же стоит самодельная палица. Она, словно ежик, утыкана иглами из гвоздей, а на конце острое лезвие, чтобы не только колоть, но и резать кожу.

– Это самодельное оружие, изъятое у подростков. Мы храним его уже много лет, – поясняет заведующая выставкой музея КЦ УМВД России по Омской области Надежда МУРЗЕНКО.

Здесь же, в музее, можно увидеть самодельные ружья, стреляющие мелкокалиберными патронами. Их тоже смастерили юные омичи. Жаль, нет здесь пистолета, который в 90-х годах собрал десятилетний парнишка. Говорят, закончив работу, он вышел на улицу и открыл огонь по прохожим. Бойцы ОМОН, прибывшие по вызову, сработали четко. Они отобрали у малолетнего «террориста» его самоделку, пока он еще никого не подранил. Как пояснил мальчуган, стрелял он от скуки, чтобы развлечься. Корыстных мотивов у него не было.

В то время омские пацаны не гнались за деньгами. Азарт был главнее.

Не корысти ради

В сериале показаны организованные подростковые группировки. Там всё, как в мафии. Есть главный пацан, он же лидер, который отдает приказания. Его слово – закон. Старший сказал, и все остальные идут, куда сказано. К примеру, на общий сбор, тренировку или разборки. В таких группировках есть свой устав, что делать можно, а что – западло. Нарушил какую-то заповедь – отшивают назад, в чушпаны. То есть изгоняют из группировки. Дисциплина была высочайшая. И воровали они по приказу. Как, например, в сериале, где два главных героя украли видеомагнитофон, чтобы показывать фильмы за деньги, которые шли в общак группировки.

– В Омске ничего подобного не было. Да, воровали, но не ради корысти, а из детского хулиганства, – вспоминает 80-е председатель совета ветеранов отдела полиции № 8 Вадим ЕРЕМЕНКО.

К примеру, девятилетний мальчишка вместе с друзьями такого же возраста забрался в столовую. Добычей воришек стал ящик со спичками. Это все, что они там нашли. Другая компания бродила по рынку у Речного вокзала и воровала все, что плохо лежит.

– Кода мы задержали этих мальчишек, на их счету было 150 краж, – рассказывает Вадим Валерьевич. – Но они воровали не для того, чтобы продать и разбогатеть.

На казанские банды это совсем не похоже, и запредельной жестокости, как в сериале, у нас не творили. В Омске подростки даже грабили на бегу. Сорвали с кого-нибудь шапку – и дёру. Кого-то избить ради шапки им бы в голову не пришло. А другие подростки воровали мопеды и велосипеды. Угонят, покатаются, пока не надоест, и где-нибудь бросят. Или подарят кому-нибудь.

Но все-таки почему у нас не было группировок, подобных казанским?

– Во-первых, благодаря отличной работе милиции, – резюмирует Вадим Еременко. – А во-вторых, потому, что в Омске живут интеллигентные люди.