Энзимная ванна и скраб для гравюры: как омские реставраторы восстанавливают шедевры

ШЕДЕВРЫ В РУИНАХ

Хронологические рамки произведений из фонда графики охватывают период с XVIII века по настоящее время. Некоторые поступают на хранение в совершенно, как говорят музейщики, «неэкспозиционном состоянии», и лишь кропотливый труд реставраторов позволяет вдохнуть в произведения вторую жизнь. И тогда в биографии шедевров изобразительного искусства появляется новая строчка, за которой прячутся интересные факты, связанные с закулисной жизнью музея.

– Гравюры старых мастеров у нас не часто попадают в зону внимания музейных зрителей. Это как раз тот случай, когда у произведений есть история, о которой хочется рассказать, – хранитель фонда русской и зарубежной графики, старший научный сотрудник музея Галина СЕВОСТЬЯНОВА провожает нас в мастерскую реставрации графики, где на столах лежат две гравюры. А рядом с ними фотографии: свидетельства того, как эти работы выглядели до реставрации. – Эти вещи к нам поступили в 1993 году, 30 лет назад. И несмотря на то что они представляли собой руины, мы поняли, что перед нами ценные произведения. Во-первых, гравюры западноевропейских мастеров XVIII–XIX столетий в настоящее время в музейную коллекцию попадают крайне редко. А во-вторых, такие же гравюры находятся и в коллекции Эрмитажа, которая для нас является эталоном высокой художественности и исторической значимости.

Произведения для музея купила местная крупная фирма – первый случай в практике Галины Севостьяновой, когда источник поступления экспонатов оказался связан с Омском. Эти экземпляры из графической коллекции еще ни разу не видел ни один посетитель музея: из-за их состояния ветхие старинные гравюры сразу же передали реставраторам, и вот, наконец, до листов дошла очередь.

– Это, конечно, великий подвиг нашего реставратора, – говорит Галина Андреевна. И вправду, трудно поверить, что запечатленные на фотографиях полуразрушенные произведения искусства, разорванные, с обсыпавшимися краями – те же самые, что сейчас лежат на столе перед нами, аккуратно оправленные в паспарту.

ОТДЕЛИТЬ, УДАЛИТЬ, ДОЛИТЬ

Гравюру с видом на мавзолей Шер Шах Сури по рисунку известного английского художника и путешественника Уильяма Ходжеса создал гравер Томас Морис. Ходжес участвовал во второй экспедиции Джеймса Кука, путешествовал по Индии, и везде рисовал увиденные пейзажи. К сожалению, многие из его живописных работ навсегда утрачены, и лишь подобные Морисовским гравюры с рисунков мастера позволили сохранить до наших дней наследие Ходжеса.

– Этот лист был просто разорван на две части. Предыдущие владельцы пытались его ремонтировать: склеили и с обратной стороны закрепили полосой бумаги, такую же бумагу приклеили и по периметру, чтобы укрепить поврежденные края, – рассказывает Ольга НОВИКОВА, художник-реставратор графики, занимавшаяся восстановлением произведений. – Именно в таком состоянии этот лист поступил в музей. Здесь нам пришлось избавляться от следов предыдущего ремонта: отделять бумагу, удалять клей. Проконсультировавшись с московскими коллегами, мы решили провести сложную процедуру химической промывки гравюры в энзимах. Это дало очень хороший результат: мы смогли вернуть гравюру в экспозиционный вид. Все разрывы совместили, укрепили, а восполнение утраченных фрагментов основы сделали с помощью специальной бумаги: подобрали близкую по толщине, вырезали заплаты и восполнили при помощи специального реставрационного клея, который используем во всех наших процессах. Клей, кстати, делаем сами.

Варят клей реставраторы музея имени Врубеля из очищенного пшеничного крахмала – оказывается, этот продукт используется не только в кулинарии. Правда, для реставраторов его еще специально обрабатывают промышленным способом. Клей из реставрационного крахмала позволяет скреплять разрывы бережно, без ущерба внешнему виду произведений. Срок годности у него маленький, готовят такой клей маленькими порциями и хранят в закрытых баночках в холодильнике.

На столе реставратора можно обнаружить и «скраб» для гравюр: мелкую резиновую крошку, которой посыпают листы, а затем аккуратно трут ватными тампонами. Резиновая крошка отлично впитывает в себя пыль и часть загрязнений, избавиться от которых – тоже задача реставратора.

– Крошка бывает фабричная, но мы и сами делаем, своими руками. На мелкой терке трем белые канцелярские ластики, – рассказывает Ольга Новикова.

СКАЛЬПЕЛЕМ И ПИНЦЕТОМ

На второй из отреставрированных гравюр запечатлен замок Святого Михаила, он же аббатство Мон-Сен-Мишель, – жемчужина французской архитектуры, небольшой скалистый остров в Нормандии, превращённый в крепость. Создал эту гравюру знаменитый художник и литограф Фердинанд Виктор Перро. Над ее восстановлением Ольга Новикова трудилась, можно сказать, по-хирургически – не только потому, что необходимо было тщательно рассчитывать точность каждого движения, но и потому, что вооружилась скальпелем.

С помощью этого инструмента нужно было отделить друг от друга два слоя бумаги: тончайший припечатный лист, на котором нанесено изображение, и лист-основу. Иным способом точно соединить и аккуратно склеить многочисленные разрывы с рваными краями невозможно.

Реставратор тщательно отделяла слои миллиметр за миллиметром, и только после окончательного разделения совместила разрывы, закрепила тонкий лист с изображением на японской реставрационной бумаге и соединила с родной основой.

А потом пришлось еще и паззл собирать.

– На фотографии, сделанной до реставрации, вы видите отделившиеся фрагменты: их нужно было собрать. Я искала место, куда они подходили, и все вернула на свои места. Те же фрагменты, которые отсутствовали полностью, доливала на вакуумном столе специально приготовленной бумажной массой. Доливка – это тоже один из способов восполнения отсутствующих фрагментов бумаги, – рассказала Ольга Новикова.

Гравюра Перро пострадала и от непрофессиональной попытки реставрации, предпринятой предыдущими владельцами – серые пятна от клея, к сожалению, не удалось убрать полностью. Реставраторы не могут превышать допустимый процент воздействующих химических веществ, чтобы не нанести ущерб изображению.

Обе отреставрированные гравюры омичи смогут увидеть на масштабной юбилейной выставке музея. А реставраторы приступают к очередной кропотливой работе: на столе уже ждет прикосновения умелых рук целый альбом гравюр.

Фото: Владимир КАЗИОНОВ