Вся правда о детекторе лжи

– Корней Леонтьевич, ваш опыт в полиграфологии насчитывает более восьми лет, и вы видели, как меняется отношение общества к детектору лжи. Как сегодня воспринимают люди проверки на полиграфе?

– У руководителей крупных организаций сегодня такие проверки поставлены на поток – это одно из условий при найме на работу. Сначала такие проверки проводятся на собеседовании, а затем полиграфолог регулярно проверяет сотрудников: допустим, раз в год или в полгода, сроки каждый работодатель определяет самостоятельно. В бизнесе к этому относятся очень серьезно, потому что полиграф позволяет узнать то, что человек пытается скрыть.

– Но полиграфолог при этом должен уметь правильно задавать вопросы, насколько я понимаю. Ведь человек должен отвечать либо «да», либо «нет».

– Естественно, при исследовании на полиграфе применяется научный подход: существуют определенные методики, которые уже давно апробированы. Мы работаем по ним. Наша профессия лежит на стыке разных научных направлений: физиологии, психологии и в какой-то степени физики и информационных технологий, поскольку полиграф – это сложный электронный прибор с программным обеспечением. Прибор, основанный на последних научных данных, позволяет увидеть реакции организма человека на то, как он отвечает на вопросы, понять, что у него происходит внутри. Когда проводится скрининг, мы определяем, значим или незначим для испытуемого фактор риска. Например, работодатель хочет узнать, есть ли у кандидата на вакансию проблемы с алкоголем, крупные долги и тому подобные неприятные моменты, которые помешают работе. И среди перечня выделенных тем мы с помощью полиграфа можем определить действительные факторы риска.

– Кто в основном обращается к услугам полиграфолога?

– Клиентами могут быть и физические лица: допустим, в семье произошло нехорошее событие – кто-то из родственников присвоил ценности. Вроде бы и думаем на всех, и вроде бы никто не сознается – трудная ситуация, которая обернется долговременными последствиями. А полиграф позволит быстро узнать, кто конкретно это сделал, и снять с остальных подозрения. Но очень часто в таких ситуациях еще при настройке полиграфа человек понимает, что у него не получится скрыть содеянное, и он признается еще на этапе предтестовой беседы. Поэтому я всегда с заказчиком оговариваю, что если есть признание еще до подключения к датчикам, то на этом мы и завершаем работу, позволяя человеку хоть каким-то образом сохранить свое лицо.

Но основные клиенты – это крупные коммерческие предприятия, сетевые, федерального масштаба. Они обращаются постоянно, поскольку за время работы сотрудника могут возникать различные факторы риска. А когда есть заключение полиграфолога, то работодатель понимает: так, у этого сотрудника такие-то факторы риска, но он мне принесет хорошую прибыль. Он нужен для бизнеса, но его лучше оградить от доступа к определенной информации. То есть можно вовремя принять меры.

– Органы правопорядка к вам обращаются?

– В государственных структурах детектор лжи применяется уже давно, везде есть штатные полиграфологи. А вот в коммерцию это пришло после двухтысячных годов. Вообще, знаете, какая история полиграфа у нас в стране? В 70-е годы Запад начал очень часто раскрывать советских агентов, работавших за границей. Никто не понимал, почему. А потом дошла информация, что заграничные спецслужбы используют какие-то приборы. И в 70-х годах в КГБ создали 30-ю лабораторию, Андропов активно принял меры для развития полиграфных проверок. В МВД это пришло в 80-е годы, а потом, в 2000-х годах, полиграфологи из органов поувольнялись и объединились, поэтому в нашей стране несколько школ. Два ведущих государства мира, разрабатывающие научные данные, на которые опирается полиграфология, – это США и Россия. Полиграф все время совершенствуется, и если на заре своего существования это были чернильно-пишущие приборы, то сейчас это уже компьютер со сложным программным обеспечением. Первые приборы измеряли малое количество показателей, а в алгоритм современных уже заложена система определения противодействия.

– То есть люди пытаются обмануть полиграф?

– Это постоянно происходит. Начитаются в интернете «алгоритмов» и пытаются противодействовать. Вообще фраза «обмануть полиграф» звучит несколько некорректно: прибор абсолютно четко записывает все ваши внутренние психофизиологические процессы. Попробуйте обмануть свой организм: при здоровом сердце на ЭКГ показать порок. В интернете написано много всяких «инструкций», как противостоять исследованию на полиграфе, но все противодействие сразу же у меня пишется на экране красным: столько-то процентов, в таком-то канале.

– Получается, полиграф даже может сказать, где и как именно человек пытается его обмануть?

– Да. Технологии уже до такой степени доведены, что даже неопытный полиграфолог, если будет выполнять все шаги по методике исследования, выдаст заключение с достоверностью выше 95%.

– А что именно измеряет полиграф?

– Артериальное давление, кожную гальванику, пульс, два вида дыхания: верхнее и нижнее… Многие показатели, и при этом синхронно. И когда человек пытается лгать и что-то контролировать, то он одно меняет, а другое не меняется – синхронное считывание тоже позволяет выявить противодействие, отличить причастного человека от непричастного. Непричастный может волноваться, потому что проходит процедуру впервые, от неё много чего для него зависит – тогда еще в процессе настройки я показываю, что как бы ты ни волновался, всё равно прибор чётко определяет реакции, когда ты лжёшь, и реакции, когда ты говоришь правду. А физиологические реакции на ложь и правду у человека отличаются, в организме происходят разные процессы.

– Выходит, в нас это изначально заложено, что мы по-разному говорим слова правды и слова лжи?

– Как по-вашему, для чего нам нужна ложь?

– Представить себя в выгодном свете, обезопаситься.

– Именно. Это социально обусловленная и приобретенная эволюционно особенность психики. Изначально ложь нам противоестественна. То есть человек таким не рождается – не способен лгать только человек с ментальными проблемами, который не может на два-три шага вперед просчитать причинно-следственные связи, чтобы отвести от себя подозрения. Или представить ложь таким образом, чтобы она выглядела очень правдиво. Ложь бывает нескольких видов: это неполная информация либо искажение информации. Но это работает только тогда, когда человек уверен в своих словах, когда знает, как есть на самом деле. Если же выдает искаженную информацию, будучи сам уверенным в том, что она правдивая, то на самом деле для себя самого будет говорить правду. Поэтому полиграф очень хорош именно там, где совершается какое-то действие – там, где человек четко знает, делал он это или не делал.

– А как же патологические лжецы, которые лгут и сами верят в свою ложь?

– Это один из тех случаев, когда полиграфная проверка не проводится. К ним также относится социофобия. У таких людей физиологически обусловленное противодействие, мы не сможем их тестировать. Именно поэтому перед проверкой мы исследуем физиологию человека: реагирует ли она на определенные стимулы по-разному, или не реагирует, или вообще не поддается тестированию. Перед каждой проверкой прибор и датчики обязательно настраиваются непосредственно под физиологические реакции человека, поэтому у полиграфа такая высокая надежность – это не просто какие-то усредненные показатели, а под каждого настроено индивидуально.

– Корней Леонтьевич, бывает ли, что к вам обращаются обманутые жёны и мужья с просьбой установить факт измены?

– Конечно, и довольно часто. С одной стороны, казалось бы, трудно уговорить супруга пройти полиграф, но надежду-то человек теряет всегда в последний момент. Даже изменивший и отрицающий измену до последнего верит, что если согласится на детектор лжи, то супруг скажет: «Ну ладно, раз ты согласен, я тебе верю, можно не проверяться на полиграфе». Или надеется перехитрить прибор. Но я всегда говорю после настройки: если вы виноваты и вы это сделали, то проще признаться. Для человека все-таки это более мягкий выбор, мне кажется, больший удар по чести – не сознаваться до последнего, потому что все равно прибор раскроет правду.

– Как вы смотрите с профессиональной точки зрения на все эти телешоу, где людей в студии тестируют на полиграфе – там всё правильно, действительно это так и происходит?

– Нет, конечно. Это просто шоу, которые вообще ничего не имеют общего с настоящей полиграфной проверкой. На телеэкране все зрелищно представлено, так не работает. Но спасибо создателям этих шоу – они для полиграфологов сделали хорошую рекламу. По крайней мере, раньше люди вообще не понимали, что это такое, теперь же имеют хоть какое-то представление.

– Думаю, после нашей беседы читатели станут гораздо более осведомленными. Спасибо, что рассказали о тонкостях своей интересной профессии. Давайте подведем итог. Полиграф незаменим в бизнесе, в решении внутрисемейных ситуаций, в работе спецслужб… Есть еще какие-то сферы, где используется этот прибор?

– Везде, где нужно узнать о человеке максимум информации. Вот, к примеру, вы нанимаете няню – как она к детям относится на самом деле? Почему вообще пришла? Чтобы собрать о вас информацию и кому-то передать или действительно пришла к вам искренне, просто чтобы устроиться на работу? Сфер действительно очень много. Полиграф – надежный помощник там, где необходимо четко знать, с кем вы имеете дело. Стоит человеку доверять или нет, и если доверять, то насколько.

**